Конечно, нам говорят: ничего страшного в закрытии книжных магазинов нет. Чего тут бояться? Люди как покупали книги, так и будут их покупать, но теперь на маркетплейсах – живая конкуренция, все дела. Вот только в реальности это так не работает. К сожалению. Да и большой вопрос: покупают ли у нас люди книги в принципе, читают ли? Честно сказать, даже статистику приводить не хочется, потому что и так всё понятно.
Когда-то книжник Денис Котов сказал мне, что есть понятная цель: россиянин должен прочесть 12 книг за год. Заметьте, о качестве литературы речь не идёт. Последние опросы, хотя, как по мне, они слишком оптимистичны, гласят: среднестатистический россиянин читает 9 книг в год. Чтобы буквы не забывать. Сколько из этого по-настоящему стоящей литературы?
Смерть книжных магазинов – это симптом смерти читающего человека. Почему читать важно – я подробно разобрал в «Манифесте человека читающего». Всё предельно ясно. Почему важны книжные магазины, которые, к слову, держались как могли? Они и канцтовары у себя продавали, и конфеты, и настольные игры, и разные прикольные штучки. Но рынок взял своё. Это когда за аренду плати, сотрудникам плати, а редкая птица-покупатель обязательно заявит: «Почему так дорого? Я лучше на маркетплейсе куплю».
Так вот, книжный магазин – это особое пространство, то, где человек встречает человека. Я помню все свои лучшие книжные. Помню, как одиннадцатилетний, впервые оказавшись в столице, отправился в книжный магазин «Москва» и сметал всё подряд, а на книгах Довлатова, которого не знал тогда, завис и спросил мужчину в интеллигентских очках:
– Это о чём?
И он, посмотрев на меня насмешливо-презрительно, заявил:
– О жизни, молодой человек, о жизни…
И я купил два тома Довлатова. Помню, как стоял и выбирал книги в Луганской области, когда уже шла война, и мы говорили с продавцом о том, что литература может и должна спасать, а где-то взрывались снаряды. Я вообще помню те времена, когда с продавцами в книжных можно было говорить о том, какие книги читать – и они рекомендовали. Так в Екатеринбурге парень посоветовал мне Курцио Малапарте «Капут» и «Шкура» – и я до сих пор благодарен ему за это. Помню, как в Киеве на Лукьяновке покупал уценённые книги современной российской прозы: Елизаров, Павлов, Крусанов, Екимов, да что я только не покупал.
В родном Севастополе я вообще помню каждый книжный – и с каждым у меня история. Причём, необязательно яркая. Просто история. Как, например, проснувшись впервые в квартире девушки, которая позднее станет моей женой, я отправился в гастроном «Солнечный», где располагался книжный магазин, и купил себе «Макулатуру» Буковски и «Путешествие на край ночи» Селина. Я был молод тогда и свободен. Свобода осталась – молодость где? Сейчас там вместо книжного – магазин, где продают алкоголь 24/7; тоже ведь примета времени, согласитесь.
Книжные магазины – это наши воспоминания, это живое и настоящее, это пространство идей и общения. Я сейчас даже не о том, что там можно проводить заседания книжных клубов, презентации, квизы – я просто о том, чтобы прийти и быть среди книг, наслаждаясь. Где ты отыщешь чувство, эмоцию на маркетплейсах, тыча по картинкам и читая отзывы, написанные ИИ? Мне не хочется быть банальным, но порою, как заметил Борхес, банальности – самые точные вещи на свете, так почему бы не сказать о том, что я просто хочу есть глазами, вдыхать запахи в пространстве книг?
Это никуда не ушло. Не столь давно я зашёл в книжный и увидел книги Марка Аврелия, я листал их, а после подошёл к другим полкам и увидел книги Томаса Пинчона. Какую выбрать? Я позвонил критику Михаилу Гундарину, чтобы он помог мне определиться: «Винляндия» и «Внутренний порок»? Я говорил слишком громко, как всегда, и роскошная девушка, стоявшая в паре метров, косилась на меня, а я, наверное, уже не слушал Гундарина и придумывал, как заговорить с девушкой о Пинчоне или Лимонове, а может быть, и о Генри Миллере (он точно бы принёс мне удачу), но… Да, к девушке подошёл молодой человек на 10 лет моложе и 10 килограмм худее меня – ну и что? В конце концов, был импульс.
Говорю это лишь к тому, что книжный магазин дарит эмоции и дарит чувства. И, вероятно, я напишу о том, как спасать книжные – прописать план, но мы и так его знаем, однако действий столь мало. Потому что книга стала предметом рынка, а если так, то она обречена. Вместе с книжными магазинами. Книга же должна идти особой строкой. Странно, что некоторые страны это поняли, а мы всё думаем, и потому слова «самая читающая страна в мире» всё чаще звучат уже не как упрёк даже, а как насмешка.
Меж тем я уверен, мы не станем великими без книги в руках. Не сможем остаться людьми без пространства душевных книжных магазинов. Это то, что должно быть, то, что должно сохраняться и защищаться.
Платон Беседин
Союз писателейРоссииЕсть вопросы или предложения? Хотите стать частью СПР? Напишите нам
