Автор главной советской песни: 100 лет со дня рождения Константина Ваншенкина

Кон­стан­тин Ван­шен­кин (1925–2012) был фрон­то­ви­ком, ав­то­ром мно­го­чис­лен­ных сти­хо­тво­ре­ний и слов песен, став­ших со­вет­ской клас­си­кой. И была среди них глав­ная песня – «Я люблю тебя, жизнь!» Мне ка­жет­ся, залог успе­ха этой песни – в ис­крен­но­сти. Кон­стан­тин Яко­вле­вич действи­тельно любил жизнь, и, по­хо­же, пользо­вал­ся у неё вза­им­но­стью.

Из школьни­ков – в де­сант­ни­ки Ра­зу­ме­ет­ся, он не был ба­лов­нем судьбы и от труд­но­стей не бегал. Ро­дил­ся Кон­стан­тин Яко­вле­вич 17 де­каб­ря 1925 года в Москве, в ин­тел­ли­гент­ной семье пре­по­да­ва­те­лей. Из де­ся­то­го клас­са ушёл на фронт, слу­жил в воз­душ­но-де­сант­ных войсках, участ­во­вал в боях на 2-м и 3-м Укра­ин­ских фрон­тах.

За­кон­чил войну гвар­дии сер­жан­том. То есть видел и знал самую чер­но­вую, самую тя­жё­лую во­ен­ную ра­бо­ту. Стихи начал пи­сать в конце войны. И про­дол­жал пи­сать о войне мно­гие де­ся­ти­ле­тия. Со вре­ме­нем у Ван­шен­ки­на вы­ра­бо­та­лась своя ин­то­на­ция, даже своя те­ма­ти­ка в опи­са­нии са­мо­го глав­но­го со­бы­тия жизни его по­ко­ле­ния.

Мало о самих боях – много о во­ен­ном быте. Со­всем чуть-чуть о нена­ви­сти к врагу – и по­дроб­но, раз­вер­ну­то о бо­евых то­ва­ри­щах и про­сто тех, с кем свели фрон­то­вые до­ро­ги. А потом при­шло и фи­ло­соф­ское осмыс­ле­ние про­ис­хо­дя­ще­го. «В земле солдат намного больше, чем на земле», — на­пи­шет он с груст­ной усмеш­кой.

Если го­во­рить фор­мально, то стихи Ванш­кен­ки­на о войне очень про­сты. Но тем и сильны, между про­чим. Поэт ЗНАЕТ мно­гое, из этого нам со­об­ща­ет лишь кое-что, слов­но бе­ре­жет ауди­то­рию от какой-то по­след­ней прав­ды. Это, ей Богу, вы­год­но от­ли­ча­ет Ван­шен­ки­на от тех, кто за­ни­ма­ет­ся де­мон­стра­тив­ны­ми по­ис­ка­ми сути, на­сильно и на­зойли­во во­вле­кая чи­та­те­лей в этот про­цесс.

Или пу­га­ет пуб­ли­ку вся­ки­ми ужа­са­ми. Нет, Кон­стан­тин Яко­вле­вич неред­ко пишет вот так, как в про­ци­ти­ро­ван­ном ниже стихе: берёт еди­нич­ный слу­чай, опи­сы­ва­ет его, и вроде не под­тал­ки­ва­ет нас к каким-то обоб­ще­ни­ям, но, право слово, нам самим хо­чет­ся раз­мыш­лять. От ветра за­сло­нясь умело, Я от­сту­пил на шаг всего, Но пуля, что в меня ле­те­ла, По­па­ла в друга моего.

И он кач­нул­ся как-то зыбко, Упал, про­сы­пав весь табак, И ви­но­ва­тая улыб­ка За­сты­ла на его губах. И я не мог улыб­ку эту За­быть в по­хо­де и в бою И как ша­га­ли вдоль кю­ве­та Мы с ним у жизни на краю. Жара плыла, ме­тель сви­сте­ла, А я за­быть не мог того, Как пуля, что в меня ле­те­ла, По­па­ла в друга моего… Из­веч­ная во­ен­ная си­ту­ация.

То­ва­рищ убит, я остал­ся жив. Судьба, карма, слу­чайность? Стоит ли чув­ство­вать свою вину? Вроде бы и нет, но тут прямо по Твар­дов­ско­му, «и всё же, говорю, и всё же»… И как хо­ро­ша, зна­чи­тельна вот эта де­таль — ви­но­ва­тая улыб­ка не у рас­сказ­чи­ка, но на губах уби­то­го бойца! От этого, ко­неч­но, вы­жив­ше­му ста­но­вит­ся куда горше.

Пи­сать стихи, и только Кста­ти, Твар­дов­ский вы­со­ко оце­нил стихи Ван­шен­ки­на ещё в самом на­ча­ле его пути. А когда в 60-х Ван­шен­кин взял­ся за прозу, преж­де всего ме­му­ар­но­го ха­рак­те­ра, она пуб­ли­ко­ва­лась имен­но в «Новом мире», самом пре­стиж­ном жур­на­ле того вре­ме­ни. И Ван­шен­кин от­лич­но по­ни­мал, как ему по­вез­ло, и очень ценил теп­лые от­но­ше­ния с Алек­сан­дром Три­фо­но­ви­чем.

Он вспо­ми­нал о нём так: «Всякая встреча и разговор с ним оставляли ощущение значительности, важности произошедшего с тобой. Я чаще всего испытывал острое, как никогда, желание работать, что-то сделать — и не просто, а на пределе своих возможностей, даже выше предела, открыть в себе что-то новое, верить в себя». Во­об­ще, у Ван­шен­ки­на все скла­ды­ва­лось хо­ро­шо.

Пуб­ли­ка­ции, книги, ли­те­ра­тур­ные пре­мии, го­су­дар­ствен­ные на­гра­ды. С женой, Инной Гофф (пи­са­те­лем, ав­то­ром, на­при­мер, слов песни «Русское поле»), они про­жи­ли больше 40 лет. Став из­вест­ным по­этом, Ван­шен­кин всю жизнь оста­вал­ся че­ло­ве­ком скром­ным. При этом действи­тельно жил не спеша и со вку­сом, так, как хотел.

На­гра­да­ми не хва­лил­ся, гал­сту­ков, вспо­ми­на­ют, не на­де­вал даже на крем­лёв­ские при­емы. Лю­би­мой одеж­дой с во­ен­ной поры была тельняш­ка — как же, ВДВ! Любил фут­бол, даже на­пи­сал о нём книгу. Ценил дру­зей-пи­са­те­лей, и они его це­ни­ли — так что в ле­ген­дар­ном ре­сто­ране ЦДЛ Ван­шен­кин был ко­ри­фе­ем (но от­нюдь не пья­ни­цей или скан­да­ли­стом).

Был он че­ло­ве­ком очень ост­ро­ум­ным — но опять же, в ряды юмо­ри­стов не рвал­ся, на виду быть не любил. И про­дол­жал пи­сать. Кста­ти, Ван­шен­ки­ну не раз пред­ла­га­ли долж­но­сти и посты в жур­на­лах и ре­дак­ци­ях, но он упор­но от­не­ки­вал­ся, пред­по­чи­тая за­ни­маться только сти­хо­твор­ством. Писал Ван­шен­кин прак­ти­че­ски до по­след­них дней — а он со­всем немно­го не дожил до сво­его 87-летия.

Кри­ти­ка вы­со­ко оце­ни­ла его книгу «Шёпот. Интимная лирика». А она вышла, когда Кон­стан­ти­ну Яко­вле­ви­чу было уже за 80! Я ценю свой проч­ный дом, Яс­ность муд­рую в на­ро­де И есте­ствен­ность во всём: В жизни, в жен­щине, в при­ро­де. Безыс­кус­ствен­ность! Сест­ра Вы­со­чайше­го ис­кус­ства! Что мне гром­ких слов игра, Если серд­цу с ними пусто!

Вот кредо поэта Ван­шен­ки­на! Самая вы­со­кая песня Ко­неч­но, ши­ро­ко­му кругу он был из­ве­стен преж­де всего как автор по­пу­ляр­нейших в свое время песен. Ра­бо­тал он в ос­нов­ном с ком­по­зи­то­ра­ми Эду­ар­дом Кол­ма­нов­ским и Яном Френ­ке­лем. «Алёша», «Женька», «За окошком свету мало», «Как провожают пароходы», «Я спешу, извините меня», «Тополя», «Нелётная погода»…

Помни­те? За­зву­ча­ли в го­ло­ве эти песни? У меня — да, хотя я, в общем, уже от­но­шусь к дру­го­му по­ко­ле­нию, и 60-е не за­стал. Ну и что? Песни эти живут, и жить будут. Мне вот очень нра­вит­ся «Вальс расставания»: «Ты, совершая положенный путь, в дальнем краю это всё не забудь…» Ну и ко­неч­но, наи­бо­лее про­сла­ви­ла Ван­шен­ки­на песня «Я люблю тебя, жизнь».

Чего греха таить, Ван­шен­ки­на раз­дра­жа­ло иной раз, когда вы­яс­ня­лось, что его знают только по этой песне… Но Кон­стан­тин Яко­вле­вич как че­ло­век умный и про­ни­ца­тельный по­ни­мал: это действи­тельно ше­девр на все вре­ме­на. Су­ще­ству­ет ле­ген­да, что Ван­шен­кин со­чи­нил клю­че­вые строч­ки «Я люблю тебя, жизнь, что само по себе и не ново…»

в се­ре­дине 1950-х годов во время про­гул­ки по под­мос­ков­но­му лесу. При­шло вдох­но­ве­ние, а под рукой — только кора бе­рё­зы. Он и за­пи­сал сти­хо­тво­ре­ние ка­ран­да­ши­ком прямо на коре… А сама песня ро­ди­лась бла­го­да­ря Марку Бер­не­су (он уви­дел стихи в «Комсомольской правде») и долго потом искал ком­по­зи­то­ра, оста­но­вив­шись на Кол­ма­нов­ском…

Ван­шен­ки­ну при­шлось сми­риться, с тем, что Бер­нес со­кра­тил «лишние» стро­фы, не уме­щав­ши­еся в пе­сен­ный фор­мат (из 12 оста­лось 8). Что ж, оно того сто­ило! Ис­то­рия песни на­счи­ты­ва­ет де­сят­ки, если не сотни па­мят­ных эпи­зо­дов — но самый глав­ный, воз­мож­но, свя­зан с Юрием Га­га­ри­ным, очень лю­бив­шим её и вы­брав­шим в ка­че­стве «саундтрека» пер­во­го по­лё­та в кос­мос.

Выше неку­да! И вот что уди­ви­тельно: в этих стро­ках уме­сти­лись самые глав­ные вещи в нашей жизни. И долг. И друж­ба. И лю­бовь — в том числе чув­ствен­ная. И дети. А что ещё нужно че­ло­ве­ку? Может быть, всем нам нужно, чтобы об этих вещах по­ча­ще на­по­ми­на­ли. За что спа­си­бо Ван­шен­ки­ну!