Литературный марафон у стен Кремля: как Союз писателей России захватил интеллектуальное лидерство на «Красной площади»

Когда на глав­ной пло­ща­ди стра­ны раз­во­ра­чи­ва­ют­ся белые шатры Книж­но­го фе­сти­ва­ля, Москва тра­ди­ци­он­но го­то­вит­ся к культур­но­му па­лом­ни­че­ству. Но июнь 2026 года при­нёс на­сто­ящую сен­са­цию для за­все­гда­та­ев ме­ро­при­ятия. Впер­вые за всю ис­то­рию фе­сти­ва­ля  Союз пи­са­те­лей Рос­сии (СПР) раз­вер­нул соб­ствен­ную мас­штаб­ную пло­щад­ку-лек­то­рий в  Шатре №12.

Ре­зультат? Аб­со­лют­ный, без­ого­во­роч­ный ан­шлаг с ран­не­го утра и до де­вя­ти ве­че­ра. Пока на мно­го­чис­лен­ных со­сед­них пло­щад­ках гости неспеш­но зна­ко­ми­лись с но­вин­ка­ми книж­но­го рынка, в две­на­дца­том шатре раз­вер­ну­лась на­сто­ящая битва за смыс­лы.

Про­грам­ма пер­во­го дня до­ка­за­ла: со­вре­мен­ная оте­че­ствен­ная ли­те­ра­ту­ра спо­соб­на ор­га­нич­но со­еди­нять окоп­ную прав­ду Дон­бас­са, ар­хив­ные тайны Рос­сийской им­пе­рии, эк­зи­стен­ци­альные глу­би­ны Се­реб­ря­но­го века и иро­нич­ный пи­тер­ский нуар.

Если вы про­пу­сти­ли этот две­на­дца­ти­ча­со­вой ин­тел­лек­ту­альный ма­ра­фон — устра­ивайтесь по­удоб­нее. Мы вос­ста­но­ви­ли хро­ни­ку этого безум­но­го, плот­но­го и неве­ро­ят­но жи­во­го дня. «Победа будет написана на русском языке»: мощ­ный старт и фрон­то­вой при­зыв Про­грам­му от­кры­ли до офи­ци­ально­го пе­ре­ре­за­ния лен­то­чек. Без дол­гих рас­ка­чек пло­щад­ка сразу зашла с самой глав­ной и чест­ной темы — про­ек­та «Слово Донбасса». Про­грам­ма «Фронтовой призыв СП России» со­бра­ла столько людей, что стены шатра бук­вально тре­ща­ли по швам: во­лон­те­ры, ве­те­ра­ны СВО, сту­ден­ты и пи­са­те­ли сто­яли в про­хо­дах.

Ве­ду­щая встре­чи, за­ме­сти­тель от­вет­ствен­но­го сек­ре­та­ря прав­ле­ния СПР Ели­за­ве­та Ха­пла­но­ва, за­да­ла тон, ко­то­рый позже под­дер­жал целый пи­са­тельский де­сант во главе с пред­се­да­те­лем СПР Ни­ко­ла­ем Ива­но­вым и ген­ди­рек­то­ром из­да­тельства «Вече» Лео­ни­дом Палько. На сцене сме­ня­ли друг друга С. Ми­ро­нов, Р. Та­та­ри­нов, С. Ло­ба­нов, А. Шо­ро­хов. Осо­бую прон­зи­тельность утрен­ней ат­мо­сфе­ре при­да­ли на­род­ные ар­ти­сты РФ Вла­ди­мир Кон­кин и Юрий На­за­ров, а также ак­три­са По­ли­на Нечи­тайло. Под песни На­деж­ды Ко­лес­ни­ко­вой и Жанны По­по­вой па­мя­ти пав­ших бойцов зал за­ти­хал в глу­бо­ком, зве­ня­щем мол­ча­нии.

Здесь же пре­зен­то­ва­ли новые фрон­то­вые сбор­ни­ки — «Зов победы» и «Часовой памяти». К слову, «Зов победы» — книга с бо­евой био­гра­фи­ей: Ни­ко­лай Ива­нов со сцены рас­ска­зал, что в укра­ин­ских па­бли­ках офи­ци­ально при­зы­ва­ли уни­что­жить весь её тираж. Луч­ше­го знака ка­че­ства для фрон­то­вой прозы при­ду­мать слож­но.

Вы­сту­пая перед пе­ре­пол­нен­ным залом, Ни­ко­лай Ива­нов озву­чил ма­ни­фест се­го­дняш­не­го дня: «На точке ноль говорят только на русском языке! Победа будет написана на русском языке! Мы первыми приняли символ "Z", заявив: мы со своим народом, Президентом и армией. Мы сформировали общественное мнение в стране, показав, что у нас одно дыхание с Родиной!» Пат­ри­оти­че­ская план­ка была под­ня­та на мак­си­мальную вы­со­ту, а ре­ше­ние уве­ко­ве­чить имена по­гиб­ших на СВО пи­са­те­лей прямо в сте­нах Союза вы­зва­ло шквал ап­ло­дис­мен­тов. За ку­ли­са­ми. «За Бенкендорфа!» Пока пуб­ли­ка осмыс­ля­ла услы­шан­ное, за ку­ли­са­ми лек­то­рия про­ис­хо­ди­ли не менее ин­те­рес­ные встре­чи. Пер­вый сек­ре­тарь СПР Вла­ди­мир Медин­ский про­вел ка­мер­ную встре­чу со сло­вац­ким пе­ре­вод­чи­ком и по­пу­ля­ри­за­то­ром нашей культу­ры Йо­зе­фом Ши­мо­ном Шев­чи­ком. Го­во­ри­ли о том, как сквозь любые гео­по­ли­ти­че­ские фильтры ев­ро­пейский чи­та­тель всё равно про­ры­ва­ет­ся к рус­ской ис­то­рии.

А чуть позже на до­рож­ках фе­сти­ва­ля слу­чил­ся чисто ис­то­ри­че­ский анек­дот. Ле­ген­дар­ный дик­тор, на­род­ная ар­тист­ка Рос­сии Анна Ша­ти­ло­ва, встре­тив Медин­ско­го на пре­зен­та­ции сбор­ни­ка до­ку­мен­тов «От Советского Информбюро. 1941–1945», при­вет­ство­ва­ла его неожи­дан­ным то­стом: «За Бенкендорфа!» — тонко на­ме­кая на ис­то­ри­ко-про­све­ти­тельские труды по­ли­ти­ка.

В это же время на Глав­ной сцене фе­сти­ва­ля Вла­ди­мир Медин­ский за­чи­тал офи­ци­альное при­вет­ствие Пре­зи­ден­та РФ Вла­ди­ми­ра Пу­ти­на, в ко­то­ром глава го­су­дар­ства от­дельно вы­де­лил роль Союза пи­са­те­лей Рос­сии в кон­со­ли­да­ции луч­ших ли­те­ра­тур­ных сил стра­ны. Шатер №12 офи­ци­ально стал ле­ги­тим­ным цен­тром фе­сти­ва­ля. Днев­ной блок. От «Бабушкиной полки» до на­сто­яще­го Арак­че­ева В се­ре­дине дня пло­щад­ка СПР до­ка­за­ла, что умеет ра­бо­тать с любой ауди­то­ри­ей. Сна­ча­ла был объяв­лен час для се­мейно­го чте­ния. На сек­ци­ях «Бабушкина полка: проверенные книги для внуков» и «Детские книги нового времени» то­по­вые дет­ские ав­то­ры и из­да­те­ли пы­та­лись ре­шить ве­ко­вую про­бле­му: как за­ста­вить ре­бен­ка от­ло­жить смарт­фон и взять в руки бу­маж­ный пе­ре­плет. Судя по ко­ли­че­ству мо­ло­дых мам с детьми в зале, ре­цепт был найден.

А ближе к ве­че­ру ма­ят­ник кач­нул­ся в сто­ро­ну су­ро­вой го­су­дар­ствен­ной ана­ли­ти­ки. Се­на­тор РФ, док­тор эко­но­ми­че­ских наук Сер­гей Митин пре­зен­то­вал ис­сле­до­ва­ние «Аракчеев. 200 лет спустя» (из­да­тельство «Вече»). Мо­де­ри­ро­вал встре­чу главред из­да­тельства Сер­гей Дмит­ри­ев, ко­то­рый сразу под­ме­тил: Митин сам про­шел огром­ный управ­лен­че­ский путь от гу­бер­на­то­ра Нов­го­род­ской об­ла­сти до Со­ве­та Фе­де­ра­ции, а по­то­му по­ни­ма­ет ло­ги­ку «государевых людей» как никто дру­гой.

Книга се­на­то­ра — это мощ­ный удар по усто­яв­ше­му­ся со школьных ска­мьях по­ня­тию «аракчеевщина». Автор прямо за­явил, что при­шло время воз­вра­щать стране обо­лган­ных ге­ро­ев: «В нашей историографии сложилась несправедливая традиция: если реформа проваливалась — в этом винили Аракчеева, а если завершалась триумфом — лавры доставались Александру I. Об Аракчееве в учебниках написано много плохого, но если присмотреться, то весь этот негатив шёл от революционеров и тех, кто желал нашей Родине потрясений». Слу­ша­те­ли узна­ли по­ра­зи­тельные факты: граф Арак­че­ев ка­те­го­ри­че­ски от­ка­зы­вал­ся от ор­де­нов и зва­ния фельд­мар­ша­ла, вы­учил два языка сам, с зо­ло­той ме­да­лью окон­чил кор­пус, а когда им­пе­ра­тор по­да­рил ему брил­ли­ан­то­вый порт­рет, Арак­че­ев велел вы­ко­вы­рять дра­го­цен­ные камни и вер­нуть их в казну, оста­вив себе только лик го­су­да­ря. Фи­нальный рас­сказ о за­ве­ща­нии графа — 50 тысяч руб­лей в банк под про­цен­ты тому пи­са­те­лю, ко­то­рый через 100 лет (срок выпал на со­вет­ский 1925 год) на­пи­шет объек­тив­ную био­гра­фию Алек­сандра I — вы­звал в зале живой от­клик. Слу­ша­те­ли долго не от­пус­ка­ли ав­то­ра, за­сы­пая во­про­са­ми о скры­тых пру­жи­нах рос­сийской ис­то­рии, и в итоге встре­ча за­вер­ши­лась под гром­кие ова­ции — пуб­ли­ка была ис­кренне увле­че­на ре­аби­ли­та­ци­ей од­но­го из самых неод­но­знач­ных го­су­дар­ствен­ных де­яте­лей им­пе­рии. Фи­ло­ло­ги­че­ский хит: как Ва­си­лий Ро­за­нов по­бе­дил Алек­сея Вар­ла­мо­ва Если бы на фе­сти­ва­ле да­ва­ли пре­мию за самую па­ра­док­сальную лек­цию, её без­ого­во­роч­но за­брал бы рек­тор Ли­тин­сти­ту­та, док­тор фи­ло­ло­ги­че­ских наук  Алек­сей Вар­ла­мов с пре­зен­та­ци­ей био­гра­фии «Имя Розанова» в серии «ЖЗЛ». Мо­де­ра­то­ром этого ин­тел­лек­ту­ально­го шоу вы­сту­пил пи­са­тель Сер­гей Шар­гу­нов.

Вар­ла­мов устро­ил сеанс аб­со­лют­ной пи­са­тельской ис­крен­но­сти. Он чест­но при­знал­ся, что из­на­чально глу­бо­ко не любил Ро­за­но­ва, счи­тал его бес­прин­цип­ным ци­ни­ком и уже са­дил­ся пи­сать... раз­об­ла­чи­тельный пам­флет. «Во время пандемии ковида я думал: дай-ка напишу разоблачительный памфлет, прищучу подлеца! — делился Варламов под хохот зала. — Но дальше случилось удивительное: Розанов меня победил. Между нами возникла настоящая химия... Да я в него просто влюбился, хотя ментально он мне и не был близок». Вар­ла­мов фи­ли­гран­но окре­стил Ро­за­но­ва «русским постмодернистом» и «коллективной карамазовщиной в одном лице», где неж­ность и культ семьи ужи­ва­лись с пу­га­ющим бо­го­бор­че­ством. Рас­ска­зал автор и о том, как Ро­за­нов сло­вом «охмурял» чи­та­те­ля, как его твор­че­ство в итоге лично за­крыл Лев Троц­кий и как тра­ги­че­ски, но свято за­кон­чил свои дни раз­би­тый па­ра­ли­чом мыс­ли­тель в Сер­ги­евом По­са­де, уме­рев ис­тин­ным хри­сти­ани­ном, при­ми­рив­шись со всем миром и с Богом.

Слу­ша­те­ли сто­яли вдоль стен — лек­ция пре­вра­ти­лась в те­ра­пев­ти­че­ское ле­кар­ство от оди­но­че­ства. Вар­ла­мов поды­то­жил: «Розанов — это огромный, ни на что не похожий свет, в котором каждый найдет себе друга». «Война идет там, война идет здесь»: культур­ный фронт и над­рыв, тро­нув­ший серд­ца Ближе к ве­че­ру то­нальность в Шатре №12 стала пре­дельно се­рьез­ной.

Па­нельная дис­кус­сия «Ветераны СВО — осмысление событий через творческие инициативы и культурные проекты», ор­га­ни­зо­ван­ная сов­мест­но с фон­дом «Защитники Отечества», обо­шлась без ка­зен­но­го па­фо­са. В ней при­ня­ли уча­стие пи­са­тель Олег Рой, де­пу­тат Гос­ду­мы Мария Ва­силько­ва, поэт Сер­гей Ло­ба­нов, ху­дож­ник Петр Скляр и Елена Ка­ра­бет.

Это был час на­сто­яще­го эмо­ци­онально­го над­ры­ва. Пуб­ли­ка была тро­ну­та до глу­би­ны души, в зале чув­ство­ва­лось на­пря­же­ние чи­стых, иду­щих от са­мо­го серд­ца чувств. Глав­ный посыл дис­кус­сии — культур­ная битва за серд­ца людей в тылу не менее важна, чем линия фрон­та. Спи­ке­ры го­во­ри­ли о том, что на­сто­ящая жизнь без фальши сейчас кипит имен­но на пе­ре­до­вой, где люди, ни­ко­гда не знав­шие нот­ной гра­мо­ты, вдруг на­чи­на­ют пи­сать песни ве­ли­кие стихи — по­то­му что за­ста­ви­ло серд­це. Ве­те­ран СВО Алек­сандр Сер­ге­ев прямо на встре­че взял в руки ги­та­ру, и его окоп­ная песня за­ста­ви­ла зал за­та­ить ды­ха­ние.

Здесь же пре­зен­то­ва­ли все­на­род­ную акцию «Портрет героя», объеди­нив­шую более 1000 фрон­то­ви­ков и 30 000 дет­ских ри­сун­ков. Самым груст­ным от­кро­ве­ни­ем стало то, что мно­гие бойцы вошли в ито­го­вую книгу по­смерт­но — ху­дож­ни­ки успе­ли за­ри­со­вать их в гос­пи­та­лях, но из сле­ду­ющих боев они уже не вер­ну­лись.

Сле­дом пред­ста­ви­ли про­ект «Словографика ZOV» Петра Скля­ра, ко­то­рый пе­ре­вел ле­ген­дар­ные фразы ко­ман­ди­ров СВО на ла­ко­нич­ный и мощ­ный язык гра­фи­че­ско­го ис­кус­ства.

Кульми­на­ци­ей стало вы­ступ­ле­ние Олега Роя, вер­нув­ше­го­ся с пе­ре­до­вой. Он вспом­нил, как в 2022 году под шква­лом пуль встре­тил в око­пах бойца Сер­гея Ло­ба­но­ва, ко­то­рый на­бра­сы­вал в блок­но­те пер­вые ис­крен­ние стро­ки — стро­ки, спа­сав­шие душу среди огня. «Война идет на ментальном уровне. И мы обязаны эту битву выиграть», — за­вер­шил Рой. А Сер­гей Ло­ба­нов за­крыл па­нель стро­ка­ми: «Единство — в памяти, а сила — в подвиге!» — под ко­то­рые весь зал, оглу­шен­ный этим ис­крен­ним по­ры­вом, под­нял­ся со сле­за­ми на гла­зах и раз­ра­зил­ся дол­ги­ми, оглу­ши­тельны­ми ап­ло­дис­мен­та­ми. Ве­чер­ний прайм-тайм. Юрий По­ля­ков об эпохе и Павел Ба­син­ский о «Герцоге Лоренцо» Ма­ра­фон про­дол­жил­ся встре­чей с мэтром оте­че­ствен­ной дра­ма­тур­гии  Юрием По­ля­ко­вым под эги­дой темы «Писатель и время». По­ля­ков, как все­гда, рубил с плеча, утвер­ждая, что автор не может су­ще­ство­вать от­дельно от своей эпохи, а ли­те­ра­ту­ра — это сейсмо­граф го­су­дар­ства.

Ми­ну­той горько­го мол­ча­ния вспом­ни­ли пи­са­те­ля Алек­сея По­лу­бо­ту, ко­то­рый в 2023 году ушел на фронт доб­ро­вольцем, про­пал без вести, и лишь в пер­вых чис­лах июня этого года его тело было найде­но. По­ля­ков объявил, что Мос­ков­ское об­ласт­ное от­де­ле­ние СПР учре­жда­ет пре­мию его имени. В фи­на­ле пи­са­тель пре­зен­то­вал свой сбор­ник «Осень в Переделкине», вы­пу­щен­ный к его 70-летию из­да­тельством «Вече», за­ме­тив, что после трид­ца­ти ли­ри­че­ское вдох­но­ве­ние при­хо­дит реже, усту­пая место су­ро­вой прозе жизни.

Сразу за ним на сцену под­нял­ся пи­са­тель и ли­те­ра­ту­ро­вед  Павел Ба­син­ский с но­вин­кой «Леонид Андреев: Герцог Лоренцо». Раз­го­вор по­лу­чил­ся неве­ро­ят­но живым и «понимающим». Ба­син­ский рас­ска­зал, от­ку­да взя­лось такое стран­ное на­зва­ние: ока­зы­ва­ет­ся, Ан­дре­ев как-то об­ро­нил брату фразу: «Я был герцогом Лоренцо в другой жизни».

Ба­син­ский рас­крыл па­ра­докс Ан­дре­ева — од­но­го из ро­до­на­чальни­ков рус­ско­го экс­прес­си­ониз­ма: «Самые тяжелые депрессивные периоды жизни у Андреева выливались в бешеную творческую активность. Реальность его не устраивала, его тянуло в фантазию... Он — человек сомнений». Автор за­но­во раз­ло­жил перед зри­те­ля­ми его слож­нейшую друж­бу-враж­ду с Мак­си­мом Горьким и тра­ге­дию смер­ти его пер­вой жены Алек­сандра Ве­ли­гор­ской, после ко­то­рой пи­са­тель на­все­гда из­ме­нил­ся. Иро­нич­ный финал: ан­ти­де­прес­сан­ты, пауки и из­ме­на себе от Ан­дрея Аст­ва­ца­ту­ро­ва За­вер­шил­ся этот безум­ный день на мак­си­мально живой, ди­на­мич­ной и иро­нич­ной ноте. Из­вест­ный про­за­ик и ди­рек­тор Музея В. В. На­бо­ко­ва СПбГУ  Ан­дрей Аст­ва­ца­ту­ров пре­зен­то­вал свой дол­го­ждан­ный роман «Зеркала и паутина».

Роль штур­ма­на этой фи­ло­ло­ги­че­ской бе­се­ды при­выч­но взял на себя Сер­гей Шар­гу­нов. Вме­сто уны­ло­го ин­тер­вью по­лу­чил­ся пи­ки­ру­ющий, ис­кро­мет­ный диа­лог двух ин­тел­лек­ту­алов. Шар­гу­нов сразу пошел ва-банк, за­явив, что самое страш­ное в книге — не ба­нальные из­ме­ны или сек­су­альные трав­мы, а па­мять и то, как че­ло­век неза­мет­но из­ме­ня­ет са­мо­му себе.

Аст­ва­ца­ту­ров в ответ выдал пор­цию ши­кар­ной са­мо­иро­нии, при­знав­шись, что думал, будто всю жизнь пишет одну книгу, вы­дав­ли­вая смыс­лы, как остат­ки пасты из тю­би­ка. Но «Зеркала и паутина» — это плот­ный клас­си­че­ский роман, оммаж книге Ро­бер­та Пенна Уо­рре­на «Вся королевская рать». Там сюжет стар­ту­ет с тре­тьей строч­ки, а три­ви­альный поход героя к стан­ции, за­ни­ма­ющий 12 минут, чи­та­тель будет с упо­ени­ем чи­тать че­ты­ре часа.

На шут­ли­вый упрек Шар­гу­но­ва, что его ли­ри­че­ский герой вечно не женат, лишен плот­ских ра­до­стей и лишь ме­ня­ет дам-по­кро­ви­тельниц, Аст­ва­ца­ту­ров под хохот зала рас­крыл сек­рет сво­его твор­че­ско­го то­ну­са: «В нашей жизни есть место экзистенциализму. Знаете, я уже лет десять как на антидепрессантах, и это потрясающе удобно. Они отлично снимают неврозы. Правда, мой мир из-за этого становится немного монохромнее, чем у вас. Но именно эта легкая монохромность иногда очень помогает писать книги. Литература ведь часто рождается не из самой болезни, а как раз из процесса её лечения». Пи­са­тель рас­ска­зал про ме­та­фо­ру па­ути­ны и миф об Арахне, как сим­вол бунта уче­ни­ка про­тив учи­те­ля-бога (ко­то­ро­го тот в фи­на­ле пре­да­ет). «В детстве я панически боялся пауков, да и сейчас не люблю. Признаться в этом стыдно, но в тексте это работает прикольно», — до­ба­вил он. При этом Аст­ва­ца­ту­ров неожи­дан­но при­знал­ся в любви к су­гу­бо мос­ков­ско­му ав­то­ру Юрию Три­фо­но­ву, чьими ка­та­ло­га­ми книг он за­чи­ты­ва­ет­ся, хотя сам про­дол­жа­ет упор­но пи­сать ис­клю­чи­тельно про Пе­тер­бург. Вме­сто эпи­ло­га После того как от­зву­ча­ли по­след­ние ап­ло­дис­мен­ты Аст­ва­ца­ту­ро­ву, на пло­щад­ке про­шла ка­мер­ная те­ат­ральная читка «Новые пьесы о главном» от На­ци­ональной ас­со­ци­ации дра­ма­тур­гов и ИСИ. Мо­ло­дые ак­те­ры чи­та­ли со сцены ис­то­рии о любви, вы­бо­ре и взрос­ле­нии, ставя кра­си­вую точку в про­грам­ме.

Пер­вый день Союза пи­са­те­лей Рос­сии на «Красной площади» на­гляд­но до­ка­зал: на­сто­ящая ли­те­ра­ту­ра жива, она со­би­ра­ет пол­ные залы, за­став­ля­ет пла­кать ве­те­ра­нов и сме­яться фи­ло­ло­гов. Шатер №12 стал глав­ным ин­тел­лек­ту­альным и эмо­ци­ональным маг­ни­том фе­сти­ва­ля.

Ма­ра­фон только на­чал­ся. Впе­ре­ди новые дни, новые книги и новые раз­го­во­ры.

Сле­ди­те за на­ши­ми транс­ля­ци­ями он­лайн и до встре­чи у стен Крем­ля!