Музыкальные посиделки «О любви» с Ксенией Алфёровой

4 ок­тяб­ря в Цен­тральном доме ли­те­ра­то­ров со­сто­ялись му­зы­кальные по­си­дел­ки «О любви» с Ксе­ни­ей Ал­фё­ро­вой. Союз пи­са­те­лей Рос­сии устро­ил этот вечер в пред­две­рии Дня учи­те­ля — как по­да­рок тем, кто когда-то впер­вые от­крыл для нас ли­те­ра­ту­ру и на­учил слы­шать в ней больше, чем про­сто текст.

На сцене го­во­ри­ли о любви — не от­вле­чён­но, а через судьбы пи­са­те­лей, их письма, стихи и прозу. Ксе­ния Ал­фё­ро­ва рас­ска­зы­ва­ла ис­то­рии Вла­ди­ми­ра На­бо­ко­ва, Ми­ха­ила При­шви­на, Кон­стан­ти­на Па­устов­ско­го, Ро­бер­та Рож­де­ствен­ско­го. О любви, ко­то­рая ста­но­ви­лась ча­стью био­гра­фии и ча­стью ли­те­ра­ту­ры; о неж­но­сти и пре­дан­но­сти, о дол­гих от­но­ше­ни­ях и вза­им­но­сти, о сло­вах, ко­то­рые когда-то были на­пи­са­ны од­но­му че­ло­ве­ку, а спу­стя де­ся­ти­ле­тия про­дол­жа­ют вол­но­вать со­вер­шен­но незна­ко­мых людей.

Био­гра­фи­че­ский рас­сказ всё время сме­нял­ся чте­ни­ем. И имен­но стихи клас­си­ков о любви вы­зва­ли, по­жа­луй, самый сильный от­клик зала: зна­ко­мые стро­ки в таком кон­тек­сте вдруг зву­ча­ли иначе — уже не как ци­та­ты из школьной про­грам­мы, а как очень лич­ная че­ло­ве­че­ская речь.

Ме­ло­дич­ным го­ло­сом ве­че­ра стала му­зы­ка. Ли­те­ра­тур­ную про­грам­му со­про­вож­да­ли Мария Па­но­ва — скрип­ка, Алеся Чер­ка­со­ва — рояль, Ве­ро­ни­ка Хус­ну­ли­на — ви­олон­чель и Анна Гав­ри­ло­ва — гобой. Му­зы­кальные фраг­мен­ты не раз­де­ля­ли рас­ска­зы, а про­дол­жа­ли их — там, где сло­вам уже хо­те­лось дать немно­го ти­ши­ны.

Среди зри­те­лей в этот вечер было много учи­те­лей. И после фи­на­ла люди не то­ро­пи­лись рас­хо­диться: оста­ва­лись в фойе, об­суж­да­ли услы­шан­ное, вспо­ми­на­ли лю­би­мые книги.
А одна из фраз, про­зву­чав­ших уже после про­грам­мы, по­жа­луй, лучше всего пе­ре­да­ла её ре­зультат: «Мы пришли на вечер Ксении Алфёровой, а ушли с желанием перечитать Набокова и Паустовского».

На­вер­ное, луч­ше­го итога для ли­те­ра­тур­но­го ве­че­ра и при­ду­мать труд­но.