«Очковтирательство»: как карточная игра стала синонимом обмана

Помни­те, зна­ме­ни­тое бул­га­ков­ское? «Начальству втирают очки! — Машину зря гоняет казенную! — наябедничал и кот, жуя гриб. Большинство современных людей связывают выражение «втирать очки» и слово «очковтирательство» с ба­нальной оп­ти­кой. Но если за­ду­маться, это ка­жет­ся аб­сурд­ным: зачем и во что кому-то по­на­до­би­лось вти­рать ак­сес­су­ары?

Ис­то­рия же по­лу­ча­ет­ся куда более ин­те­рес­ной. Да­вайте раз­бе­рём­ся! Липок и Пуш­кин Чтобы про­ис­хож­де­ние фра­зео­ло­гиз­ма стало по­нят­ным, нужно пе­ре­не­стись в XIX век и по­гру­зиться в мир кар­точ­ных иг­ро­ков. В их среде слово «очки» имело омо­ни­мич­ное зна­че­ние — так на­зы­ва­ли цвет­ные по­мет­ки на кар­тах. О шу­лер­ских улов­ках того вре­ме­ни рас­ска­зы­ва­ет книга «Жизнь игрока, описанная им самим, или Открытые хитрости карточной игры» (1820-е).

Одной из таких хит­ро­стей было при­ме­не­ние липка — мази из воска и сала, ко­то­рой на­ти­ра­ли ли­це­вую сто­ро­ну. Тогда по­ро­шок крас­но­го/чёр­но­го цвета хо­ро­шо при­ли­пал к по­верх­но­сти (так на­зы­ва­емые по­рош­ко­вые карты). Чтобы узнать об этом при­ёме, иг­рать было необя­за­тельно: яв­ле­ние нашло от­ра­же­ние в рус­ской ли­те­ра­ту­ре.

У Пуш­ки­на в «Пиковой даме» герои об­суж­да­ют чу­дес­ное ве­зе­ние ба­буш­ки Том­ско­го и до­пус­ка­ют, что сек­рет скры­вал­ся имен­но в по­рош­ко­вых кар­тах. Игрок лёг­ким дви­же­ни­ем пальца мог сте­реть «лишнее» очко, пре­вра­щая се­мёр­ку в ше­стёр­ку или де­вят­ку в восьмёр­ку. Этот жест и стал си­но­ни­мом об­ма­на. Кста­ти, Гри­бо­едов в «Горе от ума» тоже вы­ска­зал­ся о шу­лер­ских про­дел­ках — уве­ко­ве­чил по­стыд­ную иг­ро­вую прак­ти­ку в иро­ни­че­ских стро­ках: Там моську во­вре­мя по­гла­дит, Тут в пору кар­точ­ку во­трёт…

Если не брать ли­те­ра­ту­ру, вы­ра­же­ние долго оста­ва­лось в рам­ках уз­ко­го те­ма­ти­че­ско­го жар­го­на. Но по­сте­пен­но его стали ис­пользо­вать и за пре­де­ла­ми игор­ных домов. Фраза «втереть очки» при­об­ре­ла пе­ре­нос­ный смысл — не про­сто под­де­лать карту, а ис­кус­но при­укра­сить действи­тельность, вы­дать пло­хое за хо­ро­шее, со­здать ил­лю­зию успе­ха там, где его нет и быть не может.

Кста­ти, слово «липа» тоже берет на­ча­ло у иг­ро­во­го стола. Оно свя­за­но с ли­по­вы­ми (то есть по­кры­ты­ми лип­ком) кар­та­ми, под­де­лан­ны­ми ради вы­иг­ры­ша. Сейчас липа стала уни­вер­сальным обо­зна­че­ни­ем под­дел­ки, будь то ки­тайские крос­сов­ки или псев­доб­рен­до­вая сумка. Линг­ви­сти­че­ские споры Учё­ные и фи­ло­ло­ги по-раз­но­му объяс­ня­ли про­ис­хож­де­ние вы­ра­же­ния.

И. А. Гор­бу­ши­на, на­при­мер, ука­зы­ва­ла, что тер­мин у В. В. Ви­но­гра­до­ва не со­всем точен: карты обыч­но не вти­ра­ли, а на­обор­от, сти­ра­ли, уби­рая из­ли­шек по­рош­ка. И есть ве­ро­ят­ность, что со­вре­мен­ни­ки всё-таки правы… В под­твер­жде­ние она при­во­дит дан­ные сло­ва­рей и лек­си­ко­гра­фов XIX века. У Даля чи­та­ем: «втереть очки — одурачить».

В сло­ва­ре Грота встре­ча­ет­ся объяс­не­ние: «заставить смотреть на вещи по-своему». В XVIII веке слово «втереть» упо­треб­ля­лось и в зна­че­нии «навязать». М. И. Ми­хельсон при­во­дил даже немец­кий ана­лог: einem eine Brille aufsetzen — «надеть очки», то есть при­ну­дить смот­реть чу­жи­ми гла­за­ми. Се­год­ня вы­ра­же­ние «втирать очки» по­те­ря­ло пря­мую связь с про­шлым, но со­хра­ни­ло ос­нов­ное зна­че­ние — «сознательно исказить реальность».

Оч­ко­вти­ра­тель — тот, кто умеет на­ри­со­вать кра­си­вую кар­тин­ку, скры­ва­ющую обман или неком­пе­тент­ность. И хотя крап и оп­ти­ка тут давно ни при чём, сама ме­та­фо­ра оста­ёт­ся яркой и мет­кой. Оч­ко­вти­ра­тельство сквозь века В XX веке слово «очковтиратель» проч­но уко­ре­ни­лось в пар­тийно-бю­ро­кра­ти­че­ской среде. Ру­ко­во­ди­те­ли неред­ко жа­ло­ва­лись на под­чи­нён­ных, ко­то­рые за­ни­ма­лись «очковтирательством», ста­ра­ясь вы­гля­деть ак­тив­ны­ми ис­пол­ни­те­ля­ми, хотя на деле лишь со­зда­ва­ли ил­лю­зию.

Со вре­ме­нем лек­се­ма стала устойчи­вым си­но­ни­мом фор­ма­лиз­ма, по­ка­зу­хи и по­пы­ток скрыть прав­ду. Таким об­ра­зом, слова и вы­ра­же­ния, рож­дён­ные в тём­ных залах игор­ных домов, неожи­дан­но ока­за­лись крайне жи­ву­чи­ми и ак­ту­альны­ми — и в раз­го­вор­ной речи, и в де­ло­вой лек­си­ке.