Операция «Пушкин»: кражи редких книг в Европе наглядно показали проблемы рынка антикварной книги

Серия краж ред­ких из­да­ний рус­ских клас­си­ков из ев­ро­пейских биб­лио­тек и по­сле­до­вав­шие за ней гром­кие су­деб­ные про­цес­сы стали по­во­дом для се­рьёз­но­го раз­го­во­ра о со­вре­мен­ном со­сто­янии бу­ки­ни­сти­че­ско­го рынка, в том числе рос­сийско­го. В те­че­ние нескольких лет биб­лио­те­ки в раз­ных стра­нах Ев­ро­пы стал­ки­ва­лись с одним и тем же сце­на­ри­ем: по­се­ти­те­ли под­ме­ня­ли под­лин­ные книги ак­ку­рат­но из­го­тов­лен­ны­ми ко­пи­ями и вы­но­си­ли ори­ги­на­лы. Гео­гра­фия пре­ступ­ле­ний ока­за­лась об­шир­ной: от стран Бал­тии до Гер­ма­нии, Фран­ции, Швейца­рии, Чехии и Фин­лян­дии.

Ин­те­рес­ный факт, что чаще всего ис­че­за­ли из­да­ния Алек­сандра Пуш­ки­на, но также по­хи­ща­лись книги Го­го­ля, Кры­ло­ва и дру­гих рус­ских ав­то­ров. Всего было укра­де­но около 170 ред­ких книг, более 70 — из биб­лио­тек Вар­ша­вы. Оцен­ка ущер­ба со­ста­ви­ла по­ряд­ка 2,5 млн евро. Рас­сле­до­ва­ние при­об­ре­ло меж­ду­на­род­ный ха­рак­тер.

Ев­ро­пейские пра­во­охра­ни­тельные ор­га­ны со­зда­ли сов­мест­ную след­ствен­ную груп­пу, а дело по­лу­чи­ло на­зва­ние опе­ра­ция «Пушкин». В ре­зульта­те были аре­сто­ва­ны де­вять по­до­зре­ва­емых, все граж­дане Гру­зии. Су­деб­ные раз­би­ра­тельства идут в раз­ных стра­нах: часть фи­гу­ран­тов уже осуж­де­на, дру­гие пред­ста­ли перед судом.

След­ствие при­шло к вы­во­ду, что ор­га­ни­за­то­ра­ми пре­ступ­ной груп­пы были Бека Ци­ре­кид­зе и Ми­ха­ил Зам­та­рад­зе, а их род­ствен­ни­ки и зна­ко­мые вы­пол­ня­ли вспо­мо­га­тельные функ­ции. Осо­бый ин­те­рес вы­звал во­прос о ко­неч­ном пунк­те на­зна­че­ния укра­ден­ных книг. За­пад­ные СМИ не раз вы­дви­га­ли вер­сии о «крупных силах» и по­ли­ти­че­ском под­тек­сте.

Сам Ци­ре­кид­зе в ин­тер­вью BBC пред­по­ло­жил, что книги могли быть ори­ен­ти­ро­ва­ны на мос­ков­ские аук­ци­оны. При этом важно учи­ты­вать его ре­пу­та­цию: на ро­дине он давно из­ве­стен как про­фес­си­ональный книж­ный вор и уже был осуж­дён за ана­ло­гич­ное пре­ступ­ле­ние — кражу ан­ти­квар­ных книг из Музея ис­то­рии Тби­ли­си. По­доб­ные скан­да­лы в Гру­зии слу­ча­лись и ранее, вклю­чая дела с уча­сти­ем вы­со­ко­по­став­лен­ных пред­ста­ви­те­лей ака­де­ми­че­ской среды.

Экс­пер­ты рос­сийско­го бу­ки­ни­сти­че­ско­го рынка схо­дят­ся во мне­нии: хотя книги действи­тельно пред­на­зна­ча­лись для рос­сийско­го по­ку­па­те­ля, в ре­ально­сти до него они почти не дошли. Во время обыс­ков в Гру­зии было об­на­ру­же­но около 150 ста­рин­ных из­да­ний, од­на­ко их пол­ный пе­ре­чень не опуб­ли­ко­ван. По всей ви­ди­мо­сти, вво­зить кон­тра­бан­ду в Рос­сию пре­ступ­ни­ки не риск­ну­ли.

Си­ту­ация на рынке из­ме­ни­лась: число по­тен­ци­альных по­ку­па­те­лей кри­ми­нально­го то­ва­ра со­кра­ти­лось, а про­фес­си­ональное со­об­ще­ство стало за­мет­но осто­рож­нее. До­пол­ни­тельным ба­рье­ром стала и по­зи­ция Меж­ду­на­род­ной ор­га­ни­за­ции ан­ти­ква­ров, ко­то­рая за­ра­нее рас­про­стра­ни­ла спис­ки по­хи­щен­ных эк­зем­пля­ров. Таким об­ра­зом, все круп­ные иг­ро­ки рынка были осве­дом­ле­ны о про­ис­хож­де­нии по­до­зри­тельных книг и пред­по­чли не иметь с ними дела.

По мне­нию спе­ци­али­стов, волну краж могли спро­во­ци­ро­вать гром­кие аук­ци­он­ные ре­кор­ды конца 2010-х годов, когда на Sotheby’s и Christie’s ред­кие из­да­ния Пуш­ки­на про­да­ва­лись за сотни тысяч фун­тов. Пре­ступ­ни­ки, ве­ро­ят­но, ори­ен­ти­ро­ва­лись на спи­сок «самого дорогого», не учи­ты­вая спе­ци­фи­ки книж­но­го рынка. «Несколько одинаковых экземпляров „Полтавы“ или „Бориса Годунова“ — это не преимущество, а проблема, — отмечает эксперт.

— Даже в легальной продаже цена на такие книги падает, а на теневом рынке тем более». От­дельный во­прос — биб­лио­теч­ные штам­пы. Эк­зем­пля­ры с пе­ча­тя­ми действу­ющих биб­лио­тек обес­це­ни­ва­ют­ся в разы. По­это­му оцен­ка ущер­ба в мил­ли­оны евро мно­гие спе­ци­али­сты счи­та­ют услов­ной. «Книга — не уникальная картина, а тиражный объект, — поясняют букинисты.

— И разница в стоимости между „чистым“ экземпляром и книгой со штампом может быть колоссальной». Итог этой ис­то­рии, по мне­нию про­фес­си­онально­го со­об­ще­ства, од­но­зна­чен: кражи из биб­лио­тек — тра­ге­дия для культу­ры, но тор­гов­ля ан­ти­ква­ри­атом и тор­гов­ля кра­де­ным — прин­ци­пи­ально раз­ные миры. И ни один се­рьез­ный участ­ник рынка не готов их сме­ши­вать.