Почему советские актёры говорили чужими голосами? Правда, которую не знали зрители

Ре­че­вые фо­но­грам­мы в со­вет­ских ки­но­кар­ти­нах зву­чат мак­си­мально есте­ствен­но, а песни вос­при­ни­ма­ют­ся так, будто их ис­пол­ня­ют сами ак­тё­ры. Но зачем ки­не­ма­то­гра­фи­сты в СССР так часто при­бе­га­ли к услу­гам дуб­лё­ров, если фильмы сни­ма­лись на рус­ском языке? Да­вайте вы­яс­ним! Одно из пре­иму­ществ со­вет­ско­го кино — оби­лие новых, еще не при­мелькав­ших­ся лиц — од­но­вре­мен­но стало и его про­бле­мой.

Ак­тё­ры, по­пав­шие на большой экран пря­ми­ком из от­да­лён­ных угол­ков СССР, го­во­ри­ли негра­мот­но или с сильным ак­цен­том, что шло враз­рез с об­ра­за­ми иде­альных ге­ро­ев. Так, на­при­мер, в «Двенадцати стульях» Гайдая был гру­зин­ский Остап Бен­дер в ис­пол­не­нии Ар­чи­ла Го­миа­шви­ли. Ра­зу­ме­ет­ся, пер­со­наж не дол­жен был го­во­рить с во­сточ­ны­ми ин­то­на­ци­ями, и оба­ятельно­го героя озву­чил Юрий Са­ран­цев.

Бо­ри­слав Брон­ду­ков «уступил» свой голос Игорю Еф­ре­мо­ву из-за укра­ин­ско­го про­из­но­ше­ния. Ма­не­ру раз­го­во­ра ин­спек­то­ра Ле­ст­рейда и за­пом­ни­ла вся стра­на. Кроме того, актёр озвуч­ки по­да­рил го­ло­са Мар­кё­ру, Шолто, Ройло­ту и Пер­кин­сту из цикла из­вест­ных фильмов. Скру­пу­лёз­ный под­ход ре­жис­сё­ров к по­ис­ку нуж­ных ти­па­жей за­ча­стую при­во­дил к тому, что ак­тё­ров не утвер­жда­ли на роли несколько ме­ся­цев: ис­ка­ли «тех самых».

И когда на­ко­нец ожи­да­ния сов­па­да­ли с ре­ально­стью, и ар­тист от­лич­но вжи­вал­ся в образ, вдруг ока­зы­ва­лось, что ре­жис­сёр со­всем не так пред­став­лял его голос. На­при­мер, Анна Сер­ге­ев­на у Свет­ла­ны Свет­лич­ной по­лу­чи­лась пре­вос­ход­ной, но голос Гайдай за­бра­ко­вал. По мне­нию мэтра, в нём не было долж­но­го эро­тиз­ма.

Со­блаз­ни­тельные ин­то­на­ции ре­пли­кам по­да­ри­ла Зоя Тол­бу­зи­на. И только одна фраза ска­за­на уста­ми самой Свет­лич­ной: «Не виноватая я, он сам пришёл». Здесь дуб­лёр­ша спло­хо­ва­ла — не смог­ла про­из­не­сти так же звон­ко и вы­ра­зи­тельно, как Свет­ла­на, и ре­пли­ка оста­лась без из­ме­не­ний. Юные ак­тё­ры, ко­то­рые свежо и ор­га­нич­но смот­ре­лись на экране, при за­пи­си го­ло­са неред­ко те­ря­лись — не хва­та­ло опыта.

Так, Ана­ста­сию Вер­тин­скую очень лю­би­ли при­гла­шать на озву­чи­ва­ние, од­на­ко в на­ча­ле твор­че­ско­го пути ге­ро­ини Насти тоже го­во­ри­ли чу­жи­ми го­ло­са­ми. На­при­мер, в «Алых парусах», сня­тых ле­ген­дар­ным Птуш­ко, Ас­соль ве­ща­ла го­ло­сом Нины Гу­ля­евой, а на экране бли­ста­ла Вер­тин­ская. По­след­няя про­сто рас­те­ря­лась, и более опыт­ная кол­ле­га по цеху при­шла ей на вы­руч­ку.

Как вспо­ми­на­ла Гу­ля­ева, она «плотно сотрудничала и помогла многим молодым актрисам». Действи­тельно, дуб­лёр умела пе­ре­дать жен­ские эмо­ции как никто дру­гой! Ино­гда врож­дён­ные осо­бен­но­сти или при­об­ре­тён­ные де­фек­ты, от ко­то­рых так же труд­но из­ба­виться, ме­ша­ли ак­тё­ру или ак­три­се ре­али­зо­ваться на экране «со звуком».

Но чаще ре­жис­сёр сам при­ни­мал ре­ше­ние, ис­хо­дя из под­но­гот­ной пер­со­на­жа. Актёр, сыг­рав­ший муш­ке­тё­ра Ара­ми­са, от­лич­но дер­жал­ся в кадре, но его го­ло­сом при­шлось по­жерт­во­вать: текст читал Игорь Ясу­ло­вич. По­че­му? «Переозвучивали мы с разрешения Старыгина. У Старыгина небольшой дефект речи, даже приятный в жизни, но в фильме этого не должно было быть.

Ведь Арамис — совершенство…», — де­лил­ся ин­фор­ма­ци­ей после съё­мок Ге­ор­гий Юнг­вальд-Хильке­вич. Вне­пла­но­вые го­ло­со­вые за­ме­ны — то, с чем хоть и реже, но при­хо­ди­лось стал­ки­ваться на съё­моч­ных пло­щад­ках со­вет­ских фильмов. На­при­мер, Пе­чо­рин из экра­ни­за­ции Ста­ни­сла­ва Ро­стоц­ко­го, от­лич­но сыг­ран­ный Вла­ди­ми­ром Ива­шо­вым, мог вовсе остаться без го­ло­са.

Актёр несколько раз падал в ле­дя­ную воду, ведь сни­ма­ли эпи­зо­ды с лод­кой позд­ней осе­нью. В итоге он сильно про­сту­дил­ся и не мог про­из­не­сти ни слова, только сипел. С раз­ре­ше­ния больно­го голос пер­со­на­жу по­да­рил Вя­че­слав Ти­хо­нов, и «Герой нашего времени» был тепло при­нят зри­те­ля­ми. Актёр Сер­гей Жи­гу­нов на съём­ках пер­вой серии «Гардемаринов…»

по­лу­чил трав­му, и к озвуч­ке при­влек­ли Олега Меньши­ко­ва. Выйдя из гос­пи­та­ля, ар­тист не стал от­ни­мать славу у дуб­лё­ра и от­ка­зал­ся озву­чи­вать героя сам. Сер­гей по­счи­тал, что смена го­ло­са не пойдёт на пользу пер­со­на­жу, и зри­те­ли за­ме­тят под­вох. Но про­изо­шло непред­ви­ден­ное. Как позже по­яс­нил Жи­гу­нов, «Меньшиков не стал…

озвучивать, отказался — слишком успешная была картина. И тогда это дело поручили Сашке Домогарову». Реже при­чи­ной дуб­ля­жа яв­ля­лось тра­ги­че­ское сте­че­ние об­сто­ятельств. Пока сни­мал­ся фильм «Они сражались за Родину», этот мир успел по­ки­нуть Ва­си­лий Шук­шин. Ре­жис­сёр при­нял ре­ше­ние до­ве­сти дело до конца.

Бон­дар­чук нашёл ак­тё­ра для про­дол­же­ния съё­мок эпи­зо­дов с Пет­ром Ло­па­хи­ным — со­гла­сил­ся Юрий Со­ло­вьёв. Озвуч­кой в итоге за­нял­ся уже зна­ко­мый нам Игорь Ефи­мов. и ино­стран­ный А как же им­порт­ные фильмы, ко­то­рые со­вет­ские зри­те­ли смот­ре­ли с осо­бым ин­те­ре­сом, даже не за­ме­чая, что герои го­во­рят зна­ко­мы­ми го­ло­са­ми?

Про­цесс дуб­ля­жа на рус­ский был срод­ни ис­кус­ству! Мало того, что каж­дую ре­пли­ку нужно было све­рять, а за хро­но­мет­ра­жем — сле­дить, так и тех­но­ло­гии были да­ле­ки от со­вре­мен­ных. За­пись шла на маг­ни­то­фон, затем лента мон­ти­ро­ва­лась. При­бе­га­ли к мно­го­ка­нально­му ме­то­ду, вос­про­из­во­дя звук и голос по­сле­до­ва­тельно, с опо­рой на экран­ное действие.

Мно­гие сцены при­хо­ди­лось озву­чи­вать всле­пую, по­то­му что ак­тё­ры никак не могли уви­деть фильм в пер­во­здан­ном виде. Из-за огра­ни­че­ний за­ру­беж­ных пер­со­на­жей неред­ко адап­ти­ро­ва­ли, со­глас­но со­юз­ным ре­али­ям, и они те­ря­ли ори­ги­нальность. Что по­де­лать, со­вер­шен­ных тех­но­ло­гий для син­хро­ни­за­ции пе­ре­во­да и суб­тит­ров ещё не было.

Ре­корд­сме­ны дуб­ля­жа Итак, дуб­ляж в со­вет­ском ки­не­ма­то­гра­фе был ча­стым яв­ле­ни­ем, но и Надя из «Иронии судьбы», и Нина из «Кавказской пленницы» — про­сто част­ные слу­чаи по срав­не­нию с ге­ро­ями од­но­го небезыз­вест­но­го фильма. До­га­да­лись, о какой ки­но­кар­тине речь? «Д’Артаньян и три мушкетера» под ру­ко­вод­ством Ге­ор­гия Юнг­вальд-Хильке­ви­ча!

Нач­нём с Кон­стан­ции в ис­пол­не­нии Ирины Ал­фё­ро­вой. Ре­жис­сёр по­же­лал, чтобы голос ге­ро­ини из­ме­нил­ся: «Тот тембр Насти Вертинской, тот звук, такой высокий, звенящий, очень подходил к образу Бонасье. Только внешность осталась Алферовой ». Не сек­рет, что сни­мать Иру Ге­ор­гий не хотел, он видел на её месте Ев­ге­нию Си­мо­но­ву, но не осме­лил­ся пе­ре­чить ру­ко­вод­ству.

С лицом Ал­фё­ро­вой в кадре ре­жис­сёр смог сми­риться, а с го­ло­сом решил по­сту­пить по-сво­ему. Ин­те­рес­но, что Вер­тин­ская в фильме не поёт. Во­кальные пар­тии ис­пол­ня­ет Елена Дри­ац­кая — по­лу­чил­ся на­сто­ящий кру­го­во­рот го­ло­сов. Она же поёт за Ми­ле­ди в дуэте с Рош­фо­ром, а ещё — за слу­жан­ку Кэт (пе­сен­ка о дво­ря­нине).

Кста­ти, Ара­мис-Ста­ры­гин, ко­то­ро­го мы уже упо­ми­на­ли в ста­тье, только го­во­рит как Ясу­ло­вич. Поёт в ки­но­кар­тине Игорь Чуйкин из ан­сам­бля «Коробейники». Кар­ди­нал Ри­ше­лье, образ ко­то­ро­го на экране бле­стя­ще во­пло­тил Алек­сандр Тро­фи­мов, был озву­чен Ко­за­ко­вым. Ре­жис­сёр видел Его Прео­свя­щен­ство в ис­пол­не­нии Ми­ха­ила, но пробы ре­ши­ли всё.

Тогда Юнг­вальд-Хильке­вич при­гла­сил же­лан­но­го ар­ти­ста для дуб­ля­жа, ведь Алек­сандр слег­ка рас­тя­ги­вал слова и ино­гда за­икал­ся. Ко­за­ков пре­крас­но озву­чил ду­хов­ни­ка, ис­пользуя все бо­гат­ство ин­то­на­ций. А вот с му­зы­кальны­ми ком­по­зи­ци­ями Тро­фи­мов спра­вил­ся сам. Аб­ба­ти­са, у ко­то­рой Ми­ле­ди вы­ве­ды­ва­ла чужие тайны, была сыг­ра­на Ви­олет­той Кли­мен­ко, а озву­че­на Лией Ахеджа­ко­вой.

По сло­вам ре­жис­сё­ра, её пре­иму­ще­ство — «…наивность, которая и была нужна. Это есть во всех её ролях. И именно это придало её персонажу столько очарования». Ма­ленькие роли тоже под­вер­га­лись «ревизии». Мар­ки­за, с ко­то­рой флир­ту­ет Лю­до­вик XIII, — это Мария Яры­ги­на. Голос за кад­ром — Нина Мас­ло­ва. В на­ча­ле фильма, в сцене про­во­дов, фи­гу­ри­ру­ет Ва­ле­рий Мы­ша­стый, а го­во­рит за него Дмит­рий Атов­мян, даже не актёр дуб­ля­жа, а ди­ри­жёр и ком­по­зи­тор.

Один из при­хвост­ней Ри­ше­лье во­пло­щён на экране Вла­ди­ми­ром До­лин­ским, а озву­чен всеми лю­би­мым Ге­ор­ги­ем Ви­ци­ным. Впро­чем, чьи-то го­ло­са всё же оста­лись без из­ме­не­ний. Прав­да, за это при­шлось по­жерт­во­вать во­кальны­ми пар­ти­ями. Де Тре­виль Лев Дуров сам поёт ду­этом с Бо­яр­ским, а вот песню «Шпаги наголо…»

в фильме ис­пол­ня­ет Алек­сандр Лев­шин, со­ли­ру­ющий в «Коробейниках», как и Игорь Чуйкин. Тре­тий голос ан­сам­бля, Вя­че­слав На­за­ров, спел «Есть в графском парке чёрный пруд». Спа­си­бо, что песню о судьбе оста­ви­ли Ве­ни­ами­ну Сме­хо­ву! И, надо при­знать, он от­лич­но спра­вил­ся. Можно по­ду­мать, что ре­жис­сёр очень при­дир­чив к ак­тё­рам.

Но нет, он дал при­каз пе­рео­зву­чить и… са­мо­го себя. Ге­ор­гий Юнг­вальд-Хильке­вич по­яв­ля­ет­ся в фильме в эпи­зо­де — в роли шки­пе­ра шхуны, ве­зу­щей д’Ар­та­нья­на в Ан­глию за под­вес­ка­ми, а за­кад­ро­вый голос при­над­ле­жит Алек­сею Бул­да­ко­ву.