Судьба первой жены Паустовского: её имя стёрто из истории литературы

Ека­те­ри­на Сте­па­нов­на За­гор­ская, пер­вая су­пру­га Кон­стан­ти­на Па­устов­ско­го, пе­ре­жи­ла с ним годы любви и ли­ше­ний, но в его ав­то­био­гра­фи­че­ской «Повести о жизни» она не по­лу­чи­ла ни еди­ной стро­ки. Их ис­то­рия на­ча­лась на фрон­тах Пер­вой ми­ро­вой и обо­рва­лась в 1936 году, оста­вив след в вос­по­ми­на­ни­ях сына Ва­ди­ма. Ран­ние годы Ека­те­ри­на За­гор­ская ро­ди­лась 2 ок­тяб­ря 1889 года в семье свя­щен­ни­ка Сте­па­на За­гор­ско­го, умер­ше­го до её рож­де­ния, и учи­тельни­цы Марии Го­род­цо­вой, ко­то­рая скон­ча­лась вско­ре после мужа.

По ма­те­ри она при­хо­ди­лась род­ствен­ни­цей ар­хео­ло­гу Ва­си­лию Го­род­цо­ву, рас­ко­пав­ше­му древ­но­сти Ста­рой Ря­за­ни. Лето 1914 года она про­ве­ла в крым­ской та­тар­ской де­ре­вуш­ке, где мест­ные жи­тельни­цы про­зва­ли её Ха­ти­дже — рус­ский ва­ри­ант имени Ека­те­ри­на. Па­устов­ский позже опи­сы­вал её так: «Её люблю больше мамы, больше себя…

Хатидже — это порыв, грань божественного, радость, тоска, болезнь, небывалые достижения и мучения…» Встре­ча и сва­дьба Во время Пер­вой ми­ро­вой войны Па­устов­ский ушёл са­ни­та­ром на фронт, где по­зна­ко­мил­ся с мед­сест­рой Ека­те­ри­ной За­гор­ской. Из Моск­вы в Еф­ре­мов 23 мая 1915 года он писал ей: «Я увидел тебя, вначале такую недостижимо далёкую, озарённую, и я — бродяга, нищий поэт, полюбил тебя так чисто, так глубоко и больно, что даже если пройдёт любовь, останется на всю жизнь жгучий след».

Летом 1916 года они об­вен­ча­лись в Под­лес­ной Сло­бо­де Ря­зан­ской гу­бер­нии (ныне Лу­хо­виц­кий район Под­мос­ко­вья), в церк­ви, где слу­жил её отец. Несмот­ря на бро­дяж­ни­чий образ жизни Па­устов­ско­го — фрон­ты, голод, ски­та­ния по Чёр­но­му морю — Ека­те­ри­на оста­ва­лась опо­рой. Се­мейная жизнь и сын В 1920 году Ека­те­ри­на увез­ла мужа в де­рев­ню Еки­мов­ку к дяде, чтобы пе­ре­ждать Граж­дан­скую войну.

От­ту­да они ез­ди­ли в Ря­зань к род­ствен­ни­кам Алек­сан­дре За­гор­ской-Пав­ло­вой, где в ав­гу­сте 1925 года ро­дил­ся сын Вадим (1925–2000). Там же его кре­сти­ли, и го­сте­при­им­ство ря­зан­цев по­мог­ло мо­ло­дой семье. Вадим до конца дней со­би­рал письма ро­ди­те­лей и до­ку­мен­ты, пе­ре­дав мно­гие в Музей-Центр Па­устов­ско­го в Москве.

Он и мать по­хо­ро­не­ны рядом на Ста­ром го­род­ском клад­би­ще в Та­ру­се. Раз­рыв и ха­рак­тер Ека­те­ри­ны В 1936 году, после 20 лет брака, су­пру­ги разо­шлись. Ека­те­ри­на при­зна­лась род­ствен­ни­кам, что раз­вод мужу дала сама. Не могла вы­не­сти, что тот «связался с полькой» (име­лась в виду вто­рая жена Па­устов­ско­го). Кон­стан­тин Ге­ор­ги­евич, од­на­ко, про­дол­жал за­бо­титься о сыне Ва­ди­ме и после раз­во­да.

По сло­вам сына, мать от­ли­ча­лась энер­ги­ей и на­стойчи­во­стью, со­че­тая са­мо­сто­ятельность с уяз­ви­мо­стью, доб­ро­ту с нер­воз­но­стью. Поэт Эду­ард Баг­риц­кий на­зы­вал её «фантастической женщиной» за ду­шев­ную са­мо­от­вер­жен­ность. Брак дер­жал­ся на общей цели — пи­са­тельском успе­хе Па­устов­ско­го, но уста­лость, бо­лез­ни (нерв­ное ис­то­ще­ние у неё, астма у него) и на­ко­пив­ши­еся обиды раз­ру­ши­ли союз.

Вадим от­ме­чал се­мейную «печать» раз­ры­вов, эхом ото­звав­шу­юся из по­ко­ле­ния отца. По­че­му стёр­то из «Повести о жизни»? В ав­то­био­гра­фи­че­ской «Повести о жизни», со­сто­ящей из книг вроде «Далёких лет» и «Беспокойной юности», Кон­стан­тин Па­устов­ский по­дроб­но рас­ска­зы­ва­ет о своём дет­стве, юно­ше­ских годах, служ­бе на фрон­тах Пер­вой ми­ро­вой, го­лод­ных ски­та­ни­ях по Чёр­но­му морю и дру­гих пе­ри­пе­ти­ях.

Од­на­ко в этих вос­по­ми­на­ни­ях пол­но­стью от­сут­ству­ют упо­ми­на­ния о пер­вой жене Ека­те­рине За­гор­ской и сыне Ва­ди­ме от этого брака. Пи­са­тель опи­сы­ва­ет ран­ние влюб­лён­но­сти, такие как ис­то­рия с «Лелей», но Ека­те­ри­на, сыг­рав­шая клю­че­вую роль в его жизни с 1916 по 1936 год, не по­лу­ча­ет ни стро­ки, слов­но её фи­гу­ра на­ме­рен­но вы­черк­ну­та из по­вест­во­ва­ния. Сын Вадим Па­устов­ский по­яс­нял, что в от­цов­ских кни­гах от­ра­же­ны неко­то­рые со­бы­тия из их се­мейной жизни 1920-х годов — пе­ри­ода, когда за­кла­ды­вал­ся фун­да­мент пи­са­тельско­го ма­стер­ства Па­устов­ско­го, несмот­ря на скуд­ные пуб­ли­ка­ции.

Тем не менее, это лишь фраг­мен­ты, а не пол­ная кар­ти­на. Вадим пред­по­ла­гал, что отец мог опу­стить имя жены либо чтобы не тре­во­жить лич­ные вос­по­ми­на­ния, пол­ные боли от раз­ры­ва, либо из ли­те­ра­тур­ных со­об­ра­же­ний, под­чер­ки­вая образ оди­но­ко­го бро­дя­ги и поэта без се­мейных уз, что уси­ли­ва­ло ро­ман­ти­че­ский ко­ло­рит ав­то­био­гра­фии. В итоге мол­ча­ние Па­устов­ско­го об Ека­те­рине под­чер­ки­ва­ет тра­ге­дию их союза: яркая лю­бовь усту­пи­ла уста­ло­сти и бо­лез­ням, а в «Повести о жизни» оста­лась лишь тень бы­ло­го, эхом ото­звав­ша­яся в се­мейной «печати» раз­ры­вов по­ко­ле­ний.