Талантливые и с перспективой: пять молодых авторов в ожидании издателя

Любой мо­ло­дой про­за­ик, пройдя через гор­ни­ло раз­лич­ных кон­кур­сов и фе­сти­ва­лей, меч­та­ет об одном: чтобы его тек­сты были опуб­ли­ко­ва­ны. Же­ла­тельно - кни­гой. Лучше всего - в се­рьез­ном из­да­тельстве. Од­на­ко даже самых та­лант­ли­вых, спо­соб­ных дер­жать марку, такая судьба об­хо­дит сто­ро­ной. Вот лишь несколько имен мо­ло­дых рос­сийских ав­то­ров, ко­то­рые еще не об­ре­ли сво­его из­да­те­ля.

Мак­сим Сим­би­рев, 25 лет (Са­ра­тов) К два­дца­ти пяти годам са­ра­тов­ский про­за­ик Мак­сим Сим­би­рёв со­брал нема­ло ли­те­ра­тур­ных «медалек»: по­беж­дал во вто­ром се­зоне Все­рос­сийской ли­те­ра­тур­ной пре­мии «Гипертекст», в этом году дошел до фи­на­ла пре­мии «Лицей». С жур­нальны­ми пуб­ли­ка­ци­ями у Сим­би­рёв тоже все в по­ряд­ке: «Новый мир», «Знамя», «Дружба народов», «Звезда», «Литературная газета» и проч. Проза са­ра­тов­ца живая, не по годам рас­су­ди­тельная, с фи­ло­соф­ским под­тек­стом, вы­би­ва­юща­яся из общей массы тек­стов ав­то­ров до трид­ца­ти лет.

Его безум­ные сю­же­ты о взрос­ле­нии со­вре­мен­ных мо­ло­дых ин­те­рес­но чи­тать: от­кры­ва­ет­ся мир непри­спо­соб­лен­ных к жизни слюн­тя­ев, ко­то­рые, столк­нув­шись с про­бле­ма­ми, на­хо­дят в себе силы пре­одо­леть пре­пят­ствия, по­ме­няться в луч­шую сто­ро­ну, через бо­лез­нен­ный опыт стать лич­но­стя­ми. В стар­те - нытье, а под конец по­вест­во­ва­ния - не ли­шен­ное до­сто­ин­ства мол­ча­ние с ка­мен­ны­ми ли­ца­ми. Что-то в этом есть…

В общем-то, можно ска­зать, что Сим­би­рёв - вполне успеш­ный мо­ло­дой автор, если бы не одно «но»: се­рьез­ные из­да­тельства пока не за­ин­те­ре­со­ва­ны в его текстах. По­че­му? А пойми из­да­те­ля! Ино­гда со­зда­ет­ся ощу­ще­ние, что дело не в «мафии» и «кланах» (мол, пуб­ли­ку­ют только своих), а в некой ло­те­рее, рас­кла­дах таро, а может, и в ба­нальном ре­тро­град­ном Мер­ку­рии.

Что-то такое «не в логику» про­ис­хо­дит - и нор­мально­го ав­то­ра не берут в обойму. Есть, ко­неч­но, у Мак­си­ма сбор­ни­чек рас­ска­зов «Жертва», вы­шед­ший по ито­гам Все­рос­сийско­го се­ми­на­ра-со­ве­ща­ния мо­ло­дых пи­са­те­лей «Мы выросли в России» (МВР). С ним он и «Гипертекст» брал, и вошел в шорт-лист «Лицея» (до­ба­вив к име­ющим­ся тек­стам еще три-че­ты­ре, пре­вра­тив все уже в сбор­ник «Забытье»).

То­ненькая кни­жеч­ка, почти сам­из­дат. Такая в мас­шта­бах книж­но­го рынка - почти ничто. А Сим­би­рё­ву нужна нор­мальная книга в нор­мальном из­да­тельстве. Так уж у нас за­ве­де­но: лежит твоя книж­ка на при­лав­ке или в мар­кет­плейсе - смот­рят на тебя как на че­ло­ве­ка, ав­то­ра. Выход ви­дит­ся один: пи­сать новые тек­сты.

Воз­мож­но даже «в рынок». Хотя, Сим­би­рёв, бу­дучи ав­то­ром без ком­мер­че­ской жилки, не ра­де­ющим за чи­стое ис­кус­ство, вряд ли так смо­жет. Он оста­нет­ся са­мо­быт­ным, воз­мож­но уйдет в ан­де­гра­унд, но своим прин­ци­пам не из­ме­нит. Тем и будет хорош. Денис Дым­чен­ко, 22 года (Став­ро­поль) По­служ­ной спи­сок Де­ни­са Дым­чен­ко вы­гля­дит скром­но, од­на­ко услов­ный стан­дарт­ный набор пер­спек­тив­но­го мо­ло­до­го ав­то­ра со­бран: по­езд­ки на «Липки», выход в финал «Лицея».

Есть и пуб­ли­ка­ции в «толстяках». Пусть их не так много, но Дым­чен­ко берет не ко­ли­че­ством, а ка­че­ством. Чего только стоит рас­сказ «Просьба выйти из вагона», опуб­ли­ко­ван­ный в «Нашем современнике»: на нескольких стра­ни­цах вы­ве­рен­но­го тек­ста (видно, что Денис уде­ля­ет много вре­ме­ни ре­дак­ту­ре) раз­во­ра­чи­ва­ет­ся про­вин­ци­альная се­мейная драма в духе Че­хо­ва.

Тек­сты Дым­чен­ко - это почти все­гда про опи­са­тельность, чув­ства. Автор убе­ди­тельно ри­су­ет ге­ро­ев, окру­жа­ющую их об­ста­нов­ку, их внут­рен­ний мир. Чаще Денис вво­дит в по­вест­во­ва­ние мо­ло­до­го пер­со­на­жа, в меру и без меры ин­фан­тильно­го. Тот ва­рит­ся в соб­ствен­ном соку, бо­ит­ся мира, не все­гда готов от­ста­ивать свои гра­ни­цы, ме­няться.

Очень узна­ва­емый со­вре­мен­ный типаж. При­чем, герой не вы­зы­ва­ет от­тор­же­ния, на­про­тив: его, та­ко­го немно­го несу­раз­но­го, доб­ро­го, с чи­сты­ми по­мыс­ла­ми, ис­крен­нее жаль. Сюжет же у Дым­чен­ко… Да, ме­ста­ми хро­ма­ет. Не все­гда он явен, ему не хва­та­ет ди­на­ми­ки, ино­гда он прак­ти­че­ски лишен действий. Ощу­ще­ние, что на­хо­дишься в неком кра­си­вом сон­ном цар­ское.

И не рас­сказ вроде, но и уже не за­ри­сов­ка. Думы, пейзаж, думы, думы, пейзаж. При этом, в текстах все­гда при­сут­ству­ет глу­бо­кий под­текст. Как и в слу­чае с Сим­би­рё­вым, из­да­тельства пока об­хо­дят сто­ро­ной Дым­чен­ко. Хотя, Де­ни­су есть что по­ка­зать: тек­сты можно со­брать под об­лож­кой сбор­ни­ка, дать пер­вым но­ме­ром по­весть «Ропот» (фи­на­лист «Лицея»).

Это очень вы­ра­зи­тельный, ак­ту­альный для на­ше­го вре­ме­ни, текст. Про­бле­мы рус­ской южной глу­бин­ки. Се­мейные неуря­ди­цы. Если грубо и по­пу­ляр­но го­во­ря: «Ропот» - позд­не­под­рост­ко­вая адек­ват­ная (вот чтоб без лиш­не­го необос­но­ван­но­го нытья) «литература травмы». Может со­ста­вить кон­ку­рен­цию мно­гим схо­жим книж­кам.

И тут-то как раз си­ту­ация «в рынок», но… Пока не за­да­лось… Что глав­ное: несмот­ря на мол­ча­ние из­да­те­лей Денис не от­ча­ива­ет­ся. Он про­дол­жа­ет пи­сать рас­ска­зы и по­ве­сти. В новых текстах его по-преж­не­му ин­те­ре­су­ют мо­ло­дые и роб­кие, ко­то­рые ока­за­лись на жиз­нен­ном пе­ре­пу­тье. По­ли­на Ми­хайло­ва, 22 года (Москва) Моск­вич­ку По­ли­ну Ми­хайло­ву можно смело на­звать тем­ной ло­шад­кой мо­ло­дой рос­сийской прозы.

Лиш­ний раз не вы­со­вы­ва­ет­ся, но когда нужно - вы­стре­ли­ва­ет до­стойным рас­ска­зом. К таким можно от­не­сти опуб­ли­ко­ван­ные в пе­ри­оди­ке «Каштановое варенье», «Слабым покоряются моря», «Плачь». Ос­нов­ная тема ми­хайлов­ский прозы - се­мейные вза­имо­от­но­ше­ния. Все­гда они по­ка­за­ны с неж­но­стью, без ра­фи­ни­ро­ван­ных «соплей», чрез­мер­ных за­вы­ва­ний.

При­чем, в на­ча­ле по­вест­во­ва­ния ми­хайлов­ская неж­ность нена­вяз­чи­во пе­ре­хо­дит в хо­ло­док, немно­го пу­га­ет своей ста­тич­но­стью (что, ко­неч­но, об­ман­ка от ав­то­ра), а под конец сме­ня­ет­ся ис­крен­ним теп­лом. При этом в текстах По­ли­ны нет на­ив­ной «девчачести», слад­ко-пу­сто­го трепа (что свойствен­но для неко­то­рых ав­то­ров-де­ву­шек ее воз­рас­та). Пусть ее сю­же­ты хоть и бы­то­вые, немно­го из­би­тые, даже ме­ста­ми пред­ска­зу­емые, но тем не менее они ка­жут­ся све­жи­ми, не та­ки­ми, как у всех: за счет за­да­ва­емой вы­со­кой но­стальги­че­ской ноты, не по годам сильно­го языка, умело по­до­бран­ных ме­та­фор.

По­ли­на Ми­хайло­ва имеет пуб­ли­ка­ции прак­ти­че­ски во всех ве­ду­щих ли­те­ра­тур­ных жур­на­лах, от­ме­ти­лась на Все­рос­сийских ли­те­ра­тур­ных фо­ру­мах и фе­сти­ва­лях. Дальше, ви­ди­мо, глав­ное: не ис­клю­че­но, что от малой формы По­ли­на пе­рейдет к более круп­ным вещам. Это видно по ее новым рас­ска­зам: их тело на­по­ми­на­ет от­рыв­ки из большой прозы.

Дру­гая сто­ро­на твор­че­ства Ми­хайло­вой - стихи: по гран­там вышли две книж­ки. Те­перь, ви­ди­мо, самое время ре­шить во­прос с пуб­ли­ка­ци­ей пер­вой се­рьез­ной про­за­иче­ской книги (пер­вая «несерьезная» так же вышла по сти­пен­дии). То, что По­ли­на её со­бе­рет - нет со­мне­ний. По­след­нее слово за из­да­те­ля­ми. Антон Ер­мо­лин, 32 года (Че­ля­бинск) Ура­лец Антон Ер­мо­лин от­но­си­тельно недав­но вошел в ли­те­ра­ту­ру.

В 2023 году со­сто­ял­ся и дебют в пе­ри­оди­ке - пуб­ли­ка­ция в «Урале». От­но­си­тельно недав­но вышла под­бор­ка рас­ска­зов в «Нашем современнике». Ер­мо­лин ра­бо­та­ет с малой фор­мой. Он преж­де всего «рассказчик». В большин­стве его тек­стов ощу­ща­ет­ся вли­яние Че­хо­ва, Шук­ши­на, Бу­ков­ски. Реже - Пла­то­но­ва (тек­сты, где Антон экс­пе­ри­мен­ти­ру­ет с язы­ком, вво­дит «механические» об­ра­зы, ри­су­ет почти без­эмо­ци­альных «людей-машин»).

Автор от­да­ет пред­по­чте­ние се­мейно-бы­то­вым сю­же­там. Ге­ро­ев Ер­мо­ли­на можно на­звать по­ста­рев­ши­ми детьми: взрос­лые, ко­то­рые, несмот­ря на жиз­нен­ные про­бле­мы, не очерст­ве­ли, со­хра­ни­ли доб­рую на­ив­ность и чи­стую лю­бовь к миру. В духе: «Сложно жить, но все сдюжим». Они нешаб­лон­но вы­ра­жа­ют эмо­ции, чув­ства ге­ро­ев: внешне - спо­койны, вы­гля­дят будто без­участ­ны­ми, но то как бы «маски»: внут­ри они пе­ре­жи­ва­ют.

Здесь, впро­чем, без про­стран­ствен­ных мо­но­ло­гов и шекс­пи­ров­ских стра­стей: то, что им нра­вит­ся или не нра­вит­ся - автор вы­ра­жа­ет через де­та­ли. Уже этой осе­нью у Ер­мо­ли­на по сти­пен­дии выйдет пер­вый сбор­ник рас­ска­зов. С одной сто­ро­ны, почти сам­из­дат, с дру­гой - свое­об­раз­ная ре­кла­ма для из­да­те­лей. С нечто та­ко­го и на­чи­на­ет­ся путь к пол­но­цен­ной большой книге.

Юрий Ни­ки­тин, 32 года (Москва) Ли­те­ра­тур­ная судьба моск­ви­ча Юрия Ни­ки­ти­на по-сво­ему слож­на: как и большин­ство мо­ло­дых та­лант­ли­вых ав­то­ров, про­шед­ших через пяток-дру­гой се­ми­на­ров и фо­ру­мов, он несколько лет по­лу­чал хва­леб­ную кри­ти­ку, пуб­ли­ка­ции в «толстяках», вы­пу­стил по гран­там три сбор­ни­ка рас­ска­зов, по­ве­стей и эссе, но не смог опуб­ли­ко­ваться в большом из­да­тельстве. При том, что у Ни­ки­ти­на много тек­стов, они раз­ные по объе­мам и темам: вы­би­рай - не хочу. У ав­то­ра хо­ро­шо по­лу­ча­ет­ся рас­ска­зать ис­то­рии оди­но­чек (рас­сказ «Урок мужества», по­весть «Камертон»), по­ка­зы­вать про­бле­мы сво­его по­ко­ле­ния (по­весть «Стихи, Лида и Платон»), экс­пе­ри­мен­ти­ро­вать с ис­то­ри­че­ски­ми сю­же­та­ми (роман «На котурнах»).

Миры Ни­ки­ти­на на­се­ля­ют над­лом­лен­ные пер­со­на­жи, эта­кие сим­па­тич­ные без­обид­ные мо­ральные ин­ва­ли­ды. Их «исцеление» (уход от хо­лод­но­сти, про­яв­ле­ние ис­тин­ной эмо­ци­ально­сти, а там и жизни) про­ис­хо­дит через мел­кие и большие ис­пы­та­ния, лич­ност­ную ре­флек­сию. По­след­нее по Ни­ки­ти­ну - это не про диа­лог с собой, при­зна­ние на­ли­чия некой «травмы».

Герои в от­кры­тую могут и не при­зна­вать, что имеют про­бле­мы, а ино­гда, до поры до вре­ме­ни, про­сто не осо­зна­ют того. Од­на­ко они об­ра­ща­ют вни­ма­ние на ре­ак­ции об­ще­ства: как люди вос­при­ни­ма­ют их по­ступ­ки. При­чем, пер­со­на­жи не ищут одоб­ре­ния своим действи­ям, а ско­рее неосо­знан­но на­пра­ши­ва­ют­ся на осуж­де­ние.

Им не хва­та­ет услов­но­го пинка, чтобы уви­деть ре­альное по­ло­же­ние дел. И здесь им уже не так важен их внут­рен­ний мир, ра­до­сти и боли, а большую цен­ность пред­став­ля­ет, на­при­мер, со­ци­али­за­ция. Быть как все - зна­чит вы­жить. То, что на пер­вых порах при­ни­ма­лось за нон­кон­фор­мизм, ока­за­лось ин­фан­ти­лиз­мом. Лич­ность без об­ще­ства - ничто.

По­ни­ма­ние этого при­бли­жа­ет ге­ро­ев к из­ме­не­ни­ям.