Тайна бегства Льва Толстого. Почему великий писатель сбежал из дома в последние дни своей жизни

Жизнь ве­ли­ко­го пи­са­те­ля Льва Ни­ко­ла­еви­ча Тол­сто­го била клю­чом до са­мо­го по­след­не­го вздо­ха. Спря­тан­ные от семьи книги, непро­стые от­но­ше­ния с по­взрос­лев­ши­ми детьми, лич­ные пе­ре­жи­ва­ния, кон­флик­ты с женой — всё это на­кла­ды­ва­ло на со­сто­яние Тол­сто­го свой от­пе­ча­ток. Но что так угне­та­ло пи­са­те­ля в по­след­ние годы жизни и зачем он ре­шил­ся бе­жать?

По­про­бу­ем разо­браться. Кон­фликт с су­пру­гой Со­фьей Ан­дре­ев­ной Софья стала женой пи­са­те­ля в во­сем­на­дцать лет. Её мужу на тот мо­мент было трид­цать че­ты­ре. Несмот­ря на большую раз­ни­цу в воз­расте Софья Ан­дре­ев­на на много лет стала для сво­его су­пру­га глав­ным слу­ша­те­лем и даже дру­гом. Лев Ни­ко­ла­евич был на­столько ис­кре­нен с мо­ло­дой женой, что решил не ута­ивать от неё свои лю­бов­ные по­хож­де­ния, счи­тая, что Софья долж­на всё знать.

Дав по­чи­тать су­пру­ге лич­ный днев­ник, он, воз­мож­но, не по­до­зре­вая (или по­до­зре­вая), сде­лал жен­щи­ну несчаст­ной в их близ­ких от­но­ше­ни­ях. Да, Софья лю­би­ла сво­его мужа! Это видно на их общих фото. Какой взгляд! Какая неж­ность в гла­зах! Но тень тех от­кро­ве­ний все­гда пре­сле­до­ва­ла семью. С го­да­ми Лев Ни­ко­ла­евич стал всё чаще за­кры­ваться от жены.

У него по­яви­лись тайные пе­ре­пис­ки, днев­ни­ки. Не всё Софья Ан­дре­ев­на могла уже кон­тро­ли­ро­вать. И это раз­дра­жа­ло её. Ча­стые скан­да­лы и недо­вольство мужем, несо­гла­сие с его об­ра­зом жизни и ка­ки­ми-то но­вы­ми мыс­ля­ми сде­ла­ли Софью по­до­зри­тельной и очень вспыльчи­вой. Кон­фликт уси­лил­ся после же­ла­ния Тол­сто­го от­ка­заться от ав­тор­ских прав в пользу на­ро­да, чтобы его про­из­ве­де­ния были до­ступ­ны всем же­ла­ющим.

Он со­ста­вил за­ве­ща­ние, ко­то­рое всю семью по­верг­ло в шок. Софья го­во­ри­ла с мужем о том, что это неспра­вед­ли­во, и семья оста­нет­ся без средств к су­ще­ство­ва­нию, но Лев Ни­ко­ла­евич был непре­кло­нен. Тол­стой хотел пе­ре­дать права на свои про­из­ве­де­ния на­ро­ду (фак­ти­че­ски — в об­ще­ствен­ное до­сто­яние, т.е. без соб­ствен­но­сти), но юри­ди­че­ски офор­мить это не смог.

За­ве­ща­ние было со­став­ле­но в пользу «всего человечества». Перед по­бе­гом он на­пи­сал жене письмо, в ко­то­ром объяс­нял свой по­сту­пок. Отъезд мой огор­чит тебя. Со­жа­лею об этом, но пойми и по­верь, что я не мог по­сту­пить иначе. По­ло­же­ние мое в доме стало невы­но­си­мым. По сути, се­мейные неуря­ди­цы за­ста­ви­ли 82-лет­не­го муж­чи­ну по­ки­нуть род­ной дом по ро­ко­вой слу­чайно­сти на­все­гда.

Кон­фликт с детьми Неред­ко че­ло­век в по­жи­лом воз­расте ста­но­вит­ся невы­но­си­мым в ха­рак­те­ре. Дети вы­рас­та­ют и имеют свои жиз­нен­ные прин­ци­пы, а ро­ди­те­ли пы­та­ют­ся их по­учать. Для Тол­сто­го это не стало ис­клю­че­ни­ем. Стар­ший сын Лев от­кры­то враж­до­вал с отцом. Он счи­тал ста­ри­ка безум­цем, вы­сту­пал про­тив него в пе­ча­ти.

Лев Ни­ко­ла­евич очень стра­дал из-за этого. Раз­роз­нен­ность между детьми из-за его за­ве­ща­ния, уже ничем не при­кры­тая нена­висть жены тол­ка­ли пи­са­те­ля на побег. Млад­шая дочь Алек­сандра, ко­то­рая пол­но­стью под­дер­жи­ва­ла отца и была в курсе его безум­но­го ре­ше­ния, ис­пы­ты­ва­ла нескры­ва­емую нена­висть к ма­те­ри. Она пря­та­ла от Софьи Ан­дре­ев­ны днев­ни­ки и ру­ко­пи­си отца, на­стра­ива­ла его про­тив ма­те­ри, она же и была по­мощ­ни­ком и сви­де­те­лем ро­ко­во­го отъез­да.

Только дочь Та­тья­на пы­та­лась всех при­ми­рить и пи­са­ла бра­тьям и сёст­рам о том, что нужно оста­вить отца в покое, дать ему лю­бовь и за­щи­ту, пе­ре­стать его нена­ви­деть. Тол­стой на тот мо­мент уже на­хо­дил­ся в пре­клон­ном воз­расте. Для него, уже ослаб­лен­но­го се­мейны­ми кон­флик­та­ми, луч­шим ре­ше­ни­ем всех про­блем стала бы бла­го­склон­ность и лю­бовь род­ных.

Но этого не про­изо­шло. Путь дли­ною в 10 дней 10 но­яб­ря 1910 года Лев Ни­ко­ла­евич Тол­стой на­все­гда по­ки­нул Ясную По­ля­ну. Его спут­ни­ком в эти по­след­ние 10 дней жизни был врач (пи­са­тель, пе­ре­вод­чик, об­ще­ствен­ный де­ятель) Душан Пет­ро­вич Ма­ко­виц­кий. Уез­жая из род­но­го дома, Тол­стой думал, что это решит все его про­бле­мы.

На стан­ции Ще­ки­но сели в поезд. На­ча­лось ро­ко­вое пу­те­ше­ствие. Из Оп­ти­ной пу­сты­ни Тол­стой от­пра­вил домой письмо, об­ра­ща­ясь к детям и жене. Глав­ное, чтобы они по­ня­ли и по­ста­ра­лись вну­шить ей, что… все ее по­ступ­ки от­но­си­тельно меня не только не вы­ра­жа­ют любви, но как будто имеют явную цель убить меня, чего она и до­стиг­нет, так как на­де­юсь, что в тре­тий при­па­док, ко­то­рый гро­зит мне, из­бав­лю и ее и себя от этого ужас­но­го по­ло­же­ния, в ко­то­ром мы жили и в ко­то­рое я не хочу воз­вра­щаться.

До­брав­шись с неко­то­ры­ми пе­ре­сад­ка­ми в Ша­мор­дин­ский жен­ский мо­на­стырь, пи­са­тель встре­тил­ся там с сест­рой Ма­ри­ей. Туда же позже при­бы­ла и дочь Алек­сандра. Она рас­ска­за­ла, что Софья Ан­дре­ев­на на­хо­дит­ся в ужас­ном со­сто­янии и даже со­би­ра­лась уто­питься. Тол­стой, узнав об этом, не по­спе­шил домой. На­обор­от, в па­ни­ке решил, что нужно немед­лен­но от­прав­ляться дальше.

Опять поезд. Лев Ни­ко­ла­евич на­ста­ивал на ва­гоне низ­ко­го клас­са, чтобы быть ближе к на­ро­ду. Вагон был набит бит­ком. Си­га­рет­ный дым не давал нор­мально ды­шать. Пи­са­тель в по­ис­ках глот­ка све­же­го воз­ду­ха про­сту­дил­ся до­вольно быст­ро. Уже тогда врач забил тре­во­гу. Но Тол­стой был так одер­жим по­бе­гом, что его уже ни­че­го не оста­нав­ли­ва­ло.

Там же его со­сто­яние стало ухуд­шаться на гла­зах. Ма­ко­виц­кий с тру­дом уго­во­рил пи­са­те­ля пре­кра­тить пу­те­ше­ствие и сойти на бли­жайшей стан­ции. По­след­ним пунк­том пре­бы­ва­ния для Льва Ни­ко­ла­еви­ча ста­но­вит­ся стан­ция Аста­по­во. С 1918 года же­лез­но­до­рож­ная стан­ция Аста­по­во на­зы­ва­ет­ся по­сё­лок Лев Тол­стой Ли­пец­кой об­ла­сти.

В доме на­чальни­ка стан­ции Ивана Ива­но­ви­ча Озо­ли­на пи­са­тель про­был до по­след­не­го вздо­ха. 20 но­яб­ря 1910 года серд­це Льва Ни­ко­ла­еви­ча Тол­сто­го пе­ре­ста­ло биться. Он умер от вос­па­ле­ния лёг­ких. Со стан­ции Аста­по­во в дни пре­бы­ва­ния там пи­са­те­ля уле­та­ли сотни те­ле­грамм о со­сто­янии здо­ро­вья ве­ли­чайше­го гостя.

В 1929 году эти по­сла­ния вышли в пе­чать под на­зва­ни­ем «Смерть Толстого. Астаповские телеграммы».