Три жизни Василия Гроссмана: 120 лет со дня рождения писателя

Ва­си­лий Се­мё­но­вич Гросс­ман (1905–1964) про­жил менее 60 лет – но успел по­бы­вать и зна­ме­ни­тым со­вет­ским пи­са­те­лем, и опальным ав­то­ром кон­фис­ко­ван­ной ан­ти­со­вет­ской книги… А после смер­ти, уже в новом ты­ся­че­ле­тии – ав­то­ром меж­ду­на­род­но­го книж­но­го бест­сел­ле­ра и объек­том го­ря­чих спо­ров внут­ри стра­ны. С ли­те­ра­тур­но­го Олим­па в опалу Гросс­ман (по об­ра­зо­ва­нию – химик, ра­бо­тал ин­же­не­ром на шах­тах Дон­бас­са) на­чи­нал в 1930-е годы как про­за­ик и очер­кист.

Успел на­пи­сать роман «Степан Кольчугин», о ре­во­лю­ци­он­ном дви­же­нии в на­ча­ле ХХ века. При всём же­ла­нии ни ма­лейше­го от­ступ­ле­ния ни от идео­ло­гии, ни от ка­но­нов соц­ре­ализ­ма здесь найти невоз­мож­но. Во время войны был во­ен­ным кор­ре­спон­ден­том и про­дол­жал пи­сать прозу (Гросс­ма­ну при­над­ле­жит одно из из­вест­ных ху­до­же­ствен­ных про­из­ве­де­нии во­ен­ной поры, по­весть «Народ бессмертен»).

Одной из его глав­ных тем было ис­треб­ле­ние фа­ши­ста­ми ев­ре­ев (мать Гросс­ма­на по­гиб­ла в ок­ку­па­ции). Но, ко­неч­но, он писал не только об этом – между про­чим, на ме­мо­ри­але «Мамаев курган» вы­би­ты его слова о наших бойцах: « Железный ветер бил им в лицо, а они всё шли вперёд, и снова чувство суеверного страха охватывало противника: люди ли шли в атаку, смертны ли они?» После войны Гросс­ман на­пи­сал роман «За правое дело», ко­то­рый под­верг­ся кри­ти­ке, но был пе­ре­ра­бо­тан пи­са­те­лем без осо­бо­го, в общем, скан­да­ла.

Неве­ро­ят­ный по мас­шта­бам скан­дал гря­нул, когда Гросс­ман пред­ста­вил в ре­дак­цию вто­рую часть ро­ма­на «За правое дело» – «Жизнь и судьба». Огром­ная книга ка­са­ет­ся мно­же­ства сто­рон жизни со­вет­ско­го че­ло­ве­ка во время войны: тут есть и со­вет­ский, и фа­шист­ский ла­герь, фронт, тыл, уни­что­же­ние ев­ре­ев (осо­бен­но прон­зи­тельные стра­ни­цы)… Много рас­суж­де­ний на об­ще­ми­ро­вые темы.

Роман, ко­неч­но, чётко ан­ти­ста­лин­ский. Ан­ти­со­вет­ский ли? Тут воз­мож­ны дис­кус­сии. Гросс­ман писал ме­га­ро­ман на про­тя­же­нии 10 лет, рас­счи­ты­вая, по­нят­но, со­всем на дру­гую ре­ак­цию. Од­на­ко в 1960 году роман был при­знан в ве­ду­щих жур­на­лах, куда Гросс­ман отдал ру­ко­пись, ан­ти­со­вет­ским. Более того, делу был дан по­ли­ти­че­ский ход – в итоге ру­ко­пись изъяли со­труд­ни­ки ор­га­нов гос­бе­зо­пас­но­сти, а пар­тийное на­чальство по­обе­ща­ло, что роман не выйдет в свет при­мер­но ни­ко­гда.

Чудом со­хра­нив­шийся эк­зем­пляр впер­вые опуб­ли­ко­ва­ли в Швейца­рии в 1980 году, а затем и в Рос­сии – в 1988-м. Тут книгу ждал шум­ный успех, и, что неуди­ви­тельно в пе­ре­стройку, с по­ли­ти­че­ским укло­ном. Нис­про­вер­га­те­ли со­вет­ской вла­сти ро­ма­ном вос­хи­ща­лись (не обя­за­тельно про­чи­тав сна­ча­ла). Мно­гие на­зы­ва­ли книгу ни много ни мало «Войной и миром» но­во­го века (тут прав­да только в прин­ци­пи­альной ори­ен­та­ции Гросс­ма­на на опыт Тол­сто­го).

За­щит­ни­ки – об­ли­ча­ли Гросс­ма­на (тоже часто не читая). Потом стра­сти вроде улег­лись – но уже в новом ты­ся­че­ле­тии вспых­ну­ли снова. Автор су­пер­бест­сел­ле­ра В сен­тяб­ре 2011 году «Жизнь и судьба» неожи­дан­но стала су­пер­бест­сел­ле­ром в Ве­ли­ко­бри­та­нии. Ли­де­ром про­даж, между про­чим! (При­чем даже пе­ре­вод­чик на ан­глийский, сде­лав­ший свою ра­бо­ту еще в 80-х, ни на что такое не рас­счи­ты­вал.

) Что слу­чи­лось? Э попея вы­зва­ла ин­те­рес пуб­ли­ки бла­го­да­ря тому, что на ра­дио­стан­ции Би-Би-Си была за­пу­ще­на аудио­по­ста­нов­ка по ро­ма­ну. Восьми­ча­со­вой спек­такль по­ста­вил зна­ме­ни­тейший Кен­нет Брана. А глав­ный ре­дак­тор ра­дио­стан­ции во­об­ще за­явил, что про­из­ве­де­ние Гросс­ма­на яв­ля­ет­ся луч­шим ро­ма­ном XX века!

Рус­ским уж точно. При­чем ра­дийщи­ки сна­ча­ла под­го­то­ви­ли и вы­пу­сти­ли в эфир цикл про­грамм про са­мо­го пи­са­те­ля… По­да­ли, как надо. В общем, не ли­ше­но ос­но­ва­ния мне­ние, что в шум­ном успе­хе была все та же тема «разоблачения ГУЛАГа», «ужасов сталинизма», «кромешного ада, творящегося в России» и всего та­ко­го про­че­го.

Но! Вдум­чи­во­го ан­глийско­го чи­та­те­ля по­ко­ри­ли все же ско­рее тол­стов­ские ин­то­на­ции, клас­си­че­ское, нето­роп­ли­вое по­вест­во­ва­ние, показ не только стра­да­ний – но и по­дви­гов на­ро­да. По ста­ро­му – про новое: вот иде­альная фор­му­ла бест­сел­ле­ра! Спор во­круг Гросс­ма­на и его ро­ма­на раз­вер­нул­ся и у нас, после вы­хо­да мас­штаб­но­го се­ри­ала Сер­гея Ур­су­ля­ка, с пре­крас­ны­ми ак­те­ра­ми, мас­штаб­ны­ми съем­ка­ми, во­об­ще, мощ­ным экран­ным за­ря­дом эмо­ций и мыс­лей.

Споры шли во­круг сце­на­рия Эду­ар­да Во­ло­дар­ско­го (мэтр не скры­вал, что мно­гие мо­мен­ты пер­во­ис­точ­ни­ка – как раз самые «антисоветские» – он не брал на­ме­рен­но, из-за чего мог несколько сме­ститься ав­тор­ский посыл). А глав­ное, вновь спо­ри­ли во­круг того, что пред­став­ля­ет собой сам роман: се­рьёз­ное и глу­бо­кое ху­до­же­ствен­ное ис­сле­до­ва­ние, или ан­ти­ста­лин­скую «агитку». И кто таков Гросс­ман: один из самых больших про­за­иков вто­рой по­ло­ви­ны ХХ века или пам­фле­тист с ам­би­ци­ями…

В общем, можно со­гла­ситься и с тем, что на­пи­сан­ный в «толстовской», «объективной» ма­не­ре роман не очень под­хо­дит для опи­са­ний тех же га­зо­вых камер. Это несо­от­вет­ствие чув­ству­ет­ся. Мне ка­жет­ся, что роман (увы, все же не очень ровно на­пи­сан­ный, встре­ча­ют­ся и длин­но­ты, и по­вто­ры, во мно­гом из-за объе­ма – около 900 стра­ниц!

) – это важ­ная часть ис­то­рии нашей ли­те­ра­ту­ры. Встре­ча­ют­ся бле­стя­щие места, и их нема­ло – ба­тальные сцены, на­при­мер, вре­за­ют­ся в па­мять на­креп­ко. В общем, стоит про­чи­тать! При­чём для этого есть все воз­мож­но­сти, роман про­дол­жа­ет пе­ре­из­да­ваться (есть из­да­ния и 2025 года). Без зна­ком­ства с кни­гой пред­став­ле­ние о рус­ской ли­те­ра­ту­ре про­шло­го века будет од­но­знач­но непол­ным!

И ещё. Я уве­рен, Гросс­ман был ис­кре­нен, когда писал Хру­ще­ву по по­во­ду сво­его ро­ма­на: «Я считаю, что написал правду, что писал её, любя и жалея людей, веря в людей».