Жюль Верн и российские гении: как зарубежная фантастика вдохновила наших учёных

Жюль Верн был не про­сто пи­са­те­лем. Его ро­ма­ны стали свое­об­раз­ны­ми ла­бо­ра­то­ри­ями идей, где фан­та­сти­ка со­сед­ство­ва­ла с ин­же­нер­ны­ми рас­чё­та­ми. В кни­гах он сде­лал 108 пред­ска­за­ний из сферы на­уч­но-тех­ни­че­ско­го про­грес­са, и более по­ло­ви­ны из них уже сбы­лось. Но самое лю­бо­пыт­ное — это вли­яние, ко­то­рое его тек­сты ока­за­ли на рус­скую науку.

Его «Путешествие к центру Земли» и «С Земли на Луну» были на­стольны­ми кни­га­ми школьни­ков и бу­ду­щих учё­ных. В Рос­сии Верна чи­та­ли вза­хлёб, и вли­яние его идей на оте­че­ствен­ную науку до сих пор удив­ля­ет. На­сле­дие ве­ли­ко­го фан­та­ста С 1863 по 1905 год вышло целых 54 ро­ма­на об от­важ­ных ис­сле­до­ва­те­лях, пу­те­ше­ствен­ни­ках и уче­ных.

Наи­бо­лее зна­чи­мы­ми ли­те­ра­тур­ны­ми ра­бо­та­ми стали: «Путешествие к центру Земли» (1864) «С Земли на Луну» (1865) «Вокруг Луны» (1870). Книги не только по­лу­чи­лись по­зна­ва­тельны­ми и увле­ка­тельны­ми, но и смог­ли все­сто­ронне осве­тить тайны под­зем­но­го мира, про­бле­мы управ­ля­емо­го воз­ду­хо­пла­ва­ния, по­ко­ре­ния по­лю­сов и пре­одо­ле­ния зем­но­го тя­го­те­ния. Так, про­то­ти­пом героя ро­ма­на «С Земли на Луну», от­важ­но­го Ми­ше­ля Ар­да­на, стал при­ятель Жюля Верна, пи­са­тель и ху­дож­ник Тур­на­шон, страст­но влюб­лен­ный в воз­ду­хо­пла­ва­ние.

Фе­ликс, но­сив­ший псев­до­ним Надар, даже сам под­ни­мал­ся в небо на воз­душ­ном шаре. Ап­па­рат под на­зва­ни­ем «Гигант» ото­рвал­ся от земли 4 ок­тяб­ря 1864 г. для проб­но­го по­лё­та. Од­на­ко для нас Жюль Верн в первую оче­редь оста­ет­ся ос­но­во­по­лож­ни­ком на­уч­но-фан­та­сти­че­ско­го ро­ма­на. Сме­лые идеи пи­са­те­ля ока­за­ли вли­яние на свет­лые умы К.

Э. Циол­ков­ско­го, В. А. Об­ру­че­ва, Д. И. Мен­де­ле­ева и дру­гих. Жюль Верн и сам живо ин­те­ре­со­вал­ся на­уч­но-тех­ни­че­ским про­грес­сом в Рос­сии. Несмот­ря на то, то язык пи­са­тель не знал, он до­бы­вал и си­сте­ма­ти­зи­ро­вал ин­фор­ма­цию о рус­ских изоб­ре­та­те­лях: до­ста­точ­но вспом­нить «Необыкновенные путешествия». Если го­во­рить о ро­мане «С Земли на Луну», то бал­ти­мор­ский «Пушечный клуб», ища под­держ­ки у дру­гих го­су­дарств, по­лу­ча­ет её имен­но в Рос­сии.

Она «внесла огромную сумму — 368 733 рубля. Этому не приходится удивляться, принимая но внимание интерес русского общества к науке и успешное развитие, достигнутое астрономией в этой стране благодаря многочисленным обсерваториям, главная из которых обошлась государству в два миллиона рублей». Вдох­но­вить Циол­ков­ско­го, впе­чат­лить Мен­де­ле­ева Циол­ков­ский при­ду­мал цен­тро­беж­ную ма­ши­ну для подъёма к звез­дам еще в 16 лет, од­на­ко во­пло­тить схему в жизнь не поз­во­ли­ла тех­ни­че­ская ошиб­ка.

Про­чи­тав ро­ма­ны Жюля Верна «Из пушки на Луну» (точ­нее, «С земли на Луну прямым путём за 97 часов 20 минут») и «Вокруг Луны», он вос­при­нял эти идеи все­рьёз и за­ду­мал­ся над чер­те­жа­ми пушки и тра­ек­то­ри­ей по­ле­та че­ло­ве­ка. При­шёл к тому, что такое пу­те­ше­ствие невоз­мож­но на прак­ти­ке, ведь длина пу­шеч­но­го жерла в 300 ки­ло­мет­ров и вес, ко­то­рый доб­ро­во­лец ощу­тит в ты­ся­че­крат­ном раз­ме­ре, не оста­вят шан­сов на успех. В 1896 году Циол­ков­ский сде­лал роб­кие на­брос­ки пас­са­жир­ских ракет.

В своей пер­вой ра­бо­те он даже слово «ракета» дер­жал в ка­выч­ках, на­столько необыч­ным и сме­лым ка­за­лась Кон­стан­ти­ну сама мысль. Од­на­ко трех­лет­няя ра­бо­та учё­но­го увен­ча­лась успе­хом, и даже на­шлись сред­ства для проб­но­го по­ле­та в кос­мос. Актер Лем­бит Ульф­сак в роли Па­га­не­ля в со­вет­ском фильме «В поисках капитана Гранта» Труд Циол­ков­ско­го «Ракета в космическое пространство» стал на­сто­ящим про­ры­вом в науке, од­на­ко на него об­ра­ти­ли вни­ма­ние не сразу.

По этой при­чине учё­ный очень вол­но­вал­ся, и од­наж­ды, уви­дев в «Заморской хронике» за­мет­ку о со­зда­нии во­ен­ной ра­ке­ты аме­ри­кан­ца­ми, от­ре­аги­ро­вал резко: «Ровно два года назад появилась моя математическая работа. В ней в сущности изложена теория гигантской ракеты, поднимающей и даже доносящей в известных условиях до Луны и других небесных тел. Но что же вы, мудрецы, любители истины и блага, не поддержали меня?

Орудия разрушения вас занимают, а орудия блага — нет? Вместо исследования неба — боевые снаряды. Вместо истины — убийства…» К сча­стью, вы­яс­ни­лось, что но­вость была лож­ной, а рас­че­ты Циол­ков­ско­го — вер­ны­ми. И когда учё­но­го спро­си­ли о том, кто стал его идейным вдох­но­ви­те­лем, Кон­стан­тин от­ве­тил: «Стремление к космическим путешествиям заложено во мне известным фантазёром Жюлем Верном.

Он пробудил работу мозга в этом направлении». Позд­нее Циол­ков­ский не раз под­чер­ки­вал, что пи­са­тель «указал человечеству дорогу в будущее». Вы­со­ко ценил ли­те­ра­тур­ные труды Жюля Верна и Д. И. Мен­де­ле­ев. Он при­сво­ил ему ста­тус «научного гения» и пе­ре­чи­ты­вал его книги в сво­бод­ные ми­ну­ты. «Пять недель на воздушном шаре», где пу­те­ше­ствен­ни­ки пе­ре­се­ка­ют Аф­ри­ку, про­ле­тая около 10 тысяч ки­ло­мет­ров, осо­бен­но по­лю­би­лась ве­ли­ко­му хи­ми­ку.

В 1870-1880 гг. Мен­де­ле­ев ак­тив­но за­ни­мал­ся на­укой, од­на­ко уде­лял вни­ма­ние не только неф­тя­ной, ме­тал­лур­ги­че­ской и угольной про­мыш­лен­но­сти, но и воз­ду­хо­пла­ва­нию. В 1875 году Дмит­рий Ива­но­вич успеш­но за­вер­шил про­ект стра­то­ста­та, а через два года даже под­нял­ся в небо на воз­душ­ном шаре, чтобы по­на­блю­дать за за­тме­ни­ем солн­ца и изу­чить верх­ние слои ат­мо­сфе­ры.

На­хо­дясь при смер­ти, Мен­де­ле­ев по­же­лал услы­шать «Путешествие и приключения капитана Гаттераса» в по­след­ний раз. И если чте­ние пре­ры­ва­лось, учё­ный, нена­дол­го при­хо­дя в себя, ком­мен­ти­ро­вал: «Что же вы не читаете…» Об­ру­чев: назло ку­ми­ру Вы­да­ющийся со­вет­ский ака­де­мик и та­лант­ли­вый пи­са­тель-фан­таст Вла­ди­мир Об­ру­чев не только вдох­нов­лял­ся «Путешествием к центру Земли» Жюля Верна, но и…

ругал его. Роман о треёх смельча­ках, про­шед­ших через кра­тер вул­ка­на и ока­зав­ших­ся в нед­рах земли, по его мне­нию, тре­бо­вал более фун­да­мен­тально­го под­хо­да. И в 1924 году вышло пер­вое из­да­ние на­уч­но-фан­та­сти­че­ско­го ро­ма­на «Плутония». Герои Об­ру­че­ва также по­па­ли в под­зем­ную стра­ну, но гео­лог и гео­граф не опи­рал­ся на ги­по­те­зу о внут­ри­пла­нет­ной пу­сто­те.

Об­ру­чев прав­до­по­доб­но опи­сал под­зем­ную стра­ну и ее флору и фауну только с одной целью: по­мочь чи­та­те­лю пред­ста­вить, как вы­гля­де­ла пла­не­та за­дол­го до на­ше­го по­яв­ле­ния. Ра­зу­ме­ет­ся, со вре­мен вы­хо­да ро­ма­на Жюля Верна гео­ло­гия и па­ле­он­то­ло­гия шаг­ну­ли впе­рёд, и Об­ру­чев смог дать более пра­вильное и по­дроб­ное пред­став­ле­ние о при­ро­де ми­нув­ших гео­ло­ги­че­ских пе­ри­одов. Роман пе­ре­из­да­вал­ся несколько раз и в итоге по­пол­нил зо­ло­той фонд со­вет­ской на­уч­ной фан­та­сти­ки.

«Плутония» нашла живой от­клик у мо­ло­де­жи, как когда-то труды та­лант­ли­во­го фран­цу­за — у са­мо­го Об­ру­че­ва. Прав­до­по­доб­ность пи­са­тель ста­вил пре­вы­ше всего: «Жюля Верна я перечитывал не раз и позже, но уже с критическим отношением к его описаниям, и один из его романов побудил меня сделаться его конкурентом. В «Путешествии к центру Земли» есть гру­бые ошиб­ки в от­но­ше­нии гео­ло­гии, как, на­при­мер, спуск по жерлу по­тух­ше­го вул­ка­на…

Мне за­хо­те­лось опи­сать пу­те­ше­ствие в недра Земли более прав­до­по­доб­но…»