Когда сирень кипит со всех сторон

Ли­те­ра­тур­ная га­зе­та от 27 мая 2026 г.:

В рам­ках про­ек­та Со­ю­за пи­са­те­лей Рос­сии «Ли­те­ра­ту­ра и те­ле­ви­де­ни­е» со­сто­я­лась пер­вая ли­те­ра­тур­ная встре­ча. Она про­шла в г. Ма­хач­ка­ле на глав­ной сцене Те­ат­ра по­э­зии. Пред­ста­ви­те­ли Да­ге­стан­ско­го от­де­ле­ния СП Рос­сии ра­душ­но при­ня­ли мос­ков­ских го­стей и вме­сте с ними участ­во­ва­ли в дис­кус­сии.

Встре­чу от­кры­ла про­за­ик Ека­те­ри­на Ма­ев­ская, участ­ник ли­те­ра­тур­ной про­грам­мы «И­г­ра в би­сер с Иго­рем Вол­ги­ны­м» на «Рос­сии К», вот уже 15 лет вы­хо­дя­щей на рос­сий­ском ТВ и поль­зу­ю­щей­ся лю­бо­вью зри­те­лей. Вы­бран­ная тема, без­услов­но, близ­ка всем: «Со­ро­ко­вые ро­ко­вые…» По­э­зия во­ен­но­го по­ко­ле­ни­я».

Как и в фор­ма­те те­ле­ви­зи­он­ной пе­ре­да­чи, на сцене был ав­тор и ве­ду­щий про­грам­мы – пи­са­тель, поэт, ис­то­рик, те­ле­ве­ду­щий Игорь Вол­гин. Го­стя­ми встре­чи ста­ли поэт Мак­сим Жу­ков, ли­те­ра­тур­ный кри­тик и зву­ко­ар­хи­вист, за­ме­сти­тель глав­но­го ре­дак­то­ра жур­на­ла «Но­вый мир» Па­вел Крюч­ков, пи­са­тель Хиз­ри Илья­сов, поэт Му­рад Ах­ме­дов, поэт и пе­ре­вод­чик Сер­гей Гло­вюк.

Речь шла о за­ме­ча­тель­ном по­ко­ле­нии по­этов – участ­ни­ков Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной вой­ны: М. Куль­чиц­ком, Н. Май­о­ро­ве, П. Ко­гане, А. Ме­жи­ро­ве, Б. Слуц­ком, Д. Са­мой­ло­ве, Ю. Ле­ви­тан­ском, К. Ван­шен­кине, Е. Ви­но­ку­ро­ве, С. Лип­кине и дру­гих.

В ши­нель­ке дра­ной,

Без обу­ток

Я пом­ню в поле мерт­ве­ца.

Тол­па кро­ва­вых неза­бу­док

Сто­я­ла око­ло лица.

Мерт­вец ле­жал недвиж­но,

Гля­дя,

Как мед­лил кор­шун вда­ле­ке…

И было вы­ко­ло­то

«На­дя»

На обес­кров­лен­ной руке.

Так на­чал Игорь Вол­гин – тра­ги­че­ски­ми сти­ха­ми Ев­ге­ния Ви­но­ку­ро­ва. Вол­гин был зна­ком со все­ми вы­жив­ши­ми по­эта­ми во­ен­но­го по­ко­ле­ния, со все­ми был на «вы», кро­ме Окуд­жа­вы, – с Окуд­жа­вой на «ты». Дру­жил с Ви­но­ку­ро­вым. «Я за­ми­рал каж­дый раз при об­ще­нии со Слуц­ким, Ме­жи­ро­вым…» – ска­зал он. Зал от­клик­нул­ся вос­тор­жен­ным недо­уме­ни­ем: зри­те­лям это мог­ло по­ка­зать­ся немыс­ли­мым – столь крат­кое рас­сто­я­ние до зна­ко­вых по­этов Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной, что на­зы­ва­ет­ся, в одно ру­ко­по­жа­тие.

Впер­вые пуб­ли­ке были пред­став­ле­ны уни­каль­ные ауди­о­за­пи­си из лич­но­го ар­хи­ва Пав­ла Крюч­ко­ва, из­вест­но­го со­би­ра­те­ля го­ло­сов клас­си­ков: Се­мён Гуд­зен­ко чи­та­ет «Ко­гда на смерть идут, поют…» в ори­ги­наль­ной ре­дак­ции… Го­лос Бо­ри­са Слуц­ко­го – за­пись, ко­то­рая ни­ко­гда преж­де не была об­на­ро­до­ва­на и здесь, на «И­г­ре в би­сер» в Ма­хач­ка­ле, про­зву­ча­ла впер­вые – сти­хо­тво­ре­ние «Го­лос дру­га» па­мя­ти Куль­чиц­ко­го…

Игорь Вол­гин про­чёл свои юно­ше­ские сти­хи (1964), по­свя­щён­ные по­гиб­шим по­этам:

Май­о­ров пи­шет груст­ные сти­хи:

«Мы были вы­со­ки, ру­со­во­ло­сы…»

Фа­ши­сты в Пра­ге.

Скорб­ны и лег­ки,

го­рят, как све­чи, поль­ские бе­рё­зы.

А над Моск­вой про­стёр­та ти­ши­на.

Шу­мят де­ре­вья влаж­ною лист­вою.

Идёт вес­на.

За ней идёт вой­на.

Она ещё не ста­ла ми­ро­вою.

Она ещё не сгор­би­ла их плеч,

ещё ни бомб, ни за­тем­нён­ных окон.

«Нам лечь, где лечь,

и там не встать, где лечь», –

в по­след­ний раз про­чтёт ифлий­цам Ко­ган.

Им ве­до­мо, что ждёт их на веку.

Не жерт­вен­ность. Не поза. Не бра­ва­да.

По­э­зия, за каж­дую стро­ку

при­шёл твой срок пла­тить у Ста­лин­гра­да.

По­э­зия, про­ви­дя­щий сол­дат,

тебе од­ной вру­ча­ет­ся по­вест­ка,

ко­гда ещё пре­да­тель­ски мол­чат

гер­ман­ские ору­дия у Бре­ста.

Ко­гда си­рень ки­пит со всех сто­рон,

и бе­лый дым, как дым беды гря­ду­щей.

И, как иду­щий к фрон­ту эше­лон,

ноч­ной трам­вай, в Со­коль­ни­ки иду­щий.

«Фрон­то­ви­ки все­гда вспо­ми­на­ли о войне не очень охот­но, – ска­зал Мак­сим Жу­ков. – За­ча­стую от­мал­чи­ва­лись или го­во­ри­ли, как Юрий Ле­ви­тан­ский: «Ну, что с того, что я там был. Я был дав­но. Я всё за­бы­л». Од­на­ко луч­шие сти­хи о войне на­пи­са­ны имен­но ими. По­гиб­ши­ми или вер­нув­ши­ми­ся до­мой и су­мев­ши­ми за­щи­тить нашу Ро­ди­ну и про­де­мон­стри­ро­вать небы­ва­лую спло­чён­ность всех на­ро­дов пе­ред ли­цом об­щей угро­зы. Су­мев­ши­ми вы­жить и, несмот­ря на всё неже­ла­ние го­во­рить об этом, до­не­сти в сво­их луч­ших сти­хах горь­кую прав­ду о той Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной, о ко­то­рой спу­стя мно­го лет ска­зал тот же Юрий Ле­ви­тан­ский: «Я не участ­вую в войне – она участ­ву­ет во мне».

Сер­гей Гло­вюк (к сло­ву, уче­ник упо­мя­ну­то­го Ев­ге­ния Ви­но­ку­ро­ва) вспом­нил бе­ло­рус­скую во­ен­ную по­э­зию и про­ци­ти­ро­вал, в част­но­сти, Ев­ге­нию Яни­щиц: «Как у бабы Пе­ла­геи пять сы­нов и пять мо­гил…».

Поэт, глав­ный ре­дак­тор жур­на­ла «Ли­те­ра­тур­ный Да­ге­стан» Му­рад Ах­ме­дов и на­род­ный пи­са­тель Да­ге­ста­на, за­слу­жен­ный де­я­тель ис­кусств Да­ге­ста­на, ре­дак­тор жур­на­ла «Но­во­лу­ни­е» Хиз­ри Илья­сов вспом­ни­ли на­род­ных по­этов рес­пуб­ли­ки: Абу­та­ли­ба Га­фу­ро­ва, Су­лей­ма­на Сталь­ско­го, Аб­дул­лу Ма­го­ме­до­ва, Ка­зи­яу Али, Юс­у­па Хап­па­ла­е­ва.

Ни­что в та­кой мере не объ­еди­ня­ло лю­дей, как Ве­ли­кая Оте­че­ствен­ная вой­на. Она на­шла от­клик в по­э­зии каж­до­го на­ро­да.

…Не страш­но под пу­ля­ми мёрт­вы­ми лечь,

Не горь­ко остать­ся без кро­ва,

И мы со­хра­ним тебя, рус­ская речь,

Ве­ли­кое рус­ское сло­во.

Сво­бод­ным и чи­стым тебя про­не­сём,

И вну­кам да­дим, и от пле­на спа­сём

На­ве­ки.

Па­вел Крюч­ков от­ме­тил: «При­ме­ча­тель­но, что со­зда­тель про­грам­мы «И­г­ра в би­сер» и се­го­дняш­ние её участ­ни­ки тес­но свя­за­ны с го­род­ком пи­са­те­лей Пе­ре­дел­ки­но, где были на­пи­са­ны ве­ли­кие сти­хи, рож­дён­ные вой­ной, – «Жди ме­ня» Кон­стан­ти­на Си­мо­но­ва и «Вра­ги со­жгли род­ную ха­ту» Ми­ха­и­ла Ис­а­ков­ско­го. Имен­но там, в Пе­ре­дел­кине, про­за­ик Лев Кас­силь при­ду­мал ра­дио­жур­нал «Не­ви­дим­ка», в эфир ко­то­ро­го – вес­ной 1946 года – при­гла­сил го­стив­шую в Москве Анну Ах­ма­то­ву. Дав­няя ра­дио­пе­ре­да­ча отыс­ка­лась, и мы слы­шим, как Ах­ма­то­ва чи­та­ет со­здан­ное ею в годы вой­ны сти­хо­тво­ре­ние «Му­же­ство». Оно и се­год­ня зву­чит как клят­ва: «…И мы со­хра­ним тебя, рус­ская речь, ве­ли­кое рус­ское сло­во». Оно было опуб­ли­ко­ва­но в га­зе­те «Прав­да» 23 фев­ра­ля 1942 года.

Эта за­пись бу­дет сде­ла­на все­го за три ме­ся­ца до пе­чаль­но из­вест­но­го По­ста­нов­ле­ния ЦК ВКП(б) о жур­на­лах «Звез­да» и «Ле­нин­гра­д», раз­гром­но­го до­кла­да Жда­но­ва, по­сле чего Ах­ма­то­ву и Зо­щен­ко ис­клю­чат из Со­ю­за пи­са­те­лей – чи­тай «о­то­всю­ду». Но здесь, в Те­ат­ре по­э­зии, зри­те­ли слы­ша­ли яс­ный го­лос Анны Ан­дре­ев­ны.

…И в за­вер­ше­ние встре­чи тра­ди­ци­он­но про­зву­ча­ли сло­ва – как все­гдаш­ний и бес­спор­ный при­зыв к дей­ствию: «Чи­тай­те и пе­ре­чи­ты­вай­те клас­си­ку. Ваш Игорь Вол­гин».