«Плохой перевод убивает хорошую литературу»: в СПР представили специальный номер журнала «Москва»

Почти две­сти со­вре­мен­ных ав­то­ров, несколько эта­пов экс­перт­но­го от­бо­ра, три ре­ги­ональных элек­трон­ных альма­на­ха и спе­ци­альный номер жур­на­ла «Москва». На Все­рос­сийской кон­фе­рен­ции на­ци­ональных ли­те­ра­тур на­ро­дов Рос­сии пред­ста­ви­ли один из глав­ных ре­зульта­тов большой ра­бо­ты — со­вре­мен­ный срез ли­те­ра­тур на­ро­дов стра­ны.

Пре­зен­та­цию спе­ци­ально­го но­ме­ра жур­на­ла «Москва», по­свя­щён­но­го на­ци­ональным ли­те­ра­ту­рам на­ро­дов Рос­сии, от­крыл пред­се­да­тель Все­рос­сийско­го экс­перт­но­го со­ве­та про­ек­та, док­тор фи­ло­ло­ги­че­ских наук, про­фес­сор Ана­то­лий Ан­дре­ев.

Перед участ­ни­ка­ми кон­фе­рен­ции был ито­го­вый вы­пуск — «Современная литература народов России. Поэзия и проза». Для Ан­дре­ева прин­ци­пи­ально, что это не сбор­ник «лучших имён за всю историю», а по­пыт­ка уви­деть ли­те­ра­ту­ру в её ны­неш­нем со­сто­янии — через твор­че­ство жи­ву­щих и ра­бо­та­ющих се­год­ня ав­то­ров.

«Это не однодневный проект. Это не разовая акция. Да, формально она приурочена к Году народов России. Это так, совершенно верно. Но это повод, а не причина».

При­чи­на, по его сло­вам, — необ­хо­ди­мость на­ко­нец по­нять, что се­год­ня про­ис­хо­дит с мно­го­на­ци­ональной ли­те­ра­ту­рой Рос­сии. При­чём не по­сред­ством на­бо­ра мне­ний, а через кон­крет­ный кор­пус тек­стов и про­фес­си­ональную экс­пер­ти­зу.

Ло­ги­ку от­бо­ра сфор­му­ли­ро­вал ру­ко­во­ди­тель про­ек­та Мамед Ха­ли­лов: в из­да­нии долж­ны быть пред­став­ле­ны преж­де всего действу­ющие со­вре­мен­ные пи­са­те­ли. Член­ство в Союзе пи­са­те­лей Рос­сии было важ­ным, но не аб­со­лют­ным усло­ви­ем — если экс­пер­там был оче­ви­ден вес ав­то­ра для своей на­ци­ональной ли­те­ра­ту­ры, фор­мальный кри­те­рий не ста­но­вил­ся пре­пят­стви­ем.

Сам сбор ма­те­ри­алов ока­зал­ся от­дельной большой ра­бо­той. Сна­ча­ла пред­ло­же­ния шли из ре­ги­онов, затем про­из­ве­де­ния про­хо­ди­ли несколько уров­ней от­бо­ра. В экс­перт­ный совет вошли учё­ные и спе­ци­али­сты из раз­ных ре­ги­онов, по­это­му, как под­черк­нул Ан­дре­ев, речь не шла о «московском взгляде» на на­ци­ональные ли­те­ра­ту­ры.

Ино­гда экс­пер­там при­хо­ди­лось вы­хо­дить и за пер­во­на­чально обо­зна­чен­ные жан­ро­вые рамки. Так, при ра­бо­те с про­из­ве­де­ни­ями о недав­них со­бы­ти­ях в Чечне стало по­нят­но, что до­ку­мен­тальный очерк спо­со­бен ска­зать о пе­ре­жи­том точ­нее, чем ис­кус­ствен­но по­до­гнан­ный под фор­мат рас­сказ.

«И это оказалось ровно то, что надо, чтобы вы почувствовали, что там было». — под­черк­нул Ан­дре­ев.

Такие ре­ше­ния, за­ме­тил Ан­дре­ев, неиз­беж­но были спор­ны­ми — и имен­но по­это­му экс­перт­ный совет брал за них от­вет­ствен­ность.

По­ми­мо ито­го­во­го пе­чат­но­го вы­пус­ка были под­го­тов­ле­ны три элек­трон­ных ре­ги­ональных альма­на­ха: по Се­вер­но­му Кав­ка­зу и Югу Рос­сии, По­вол­жью и Дальне­му Во­сто­ку. В со­во­куп­но­сти в про­ект вошли про­из­ве­де­ния при­мер­но двух­сот пи­са­те­лей.

Для со­ста­ви­те­лей прин­ци­пи­ально, что на этом ра­бо­та не за­кан­чи­ва­ет­ся. Если вы­пус­кать по­доб­ные срезы ре­гу­ляр­но, они поз­во­лят уви­деть уже не от­дельные про­из­ве­де­ния, а ди­на­ми­ку: о чём на­чи­на­ют пи­сать, какие темы ис­че­за­ют, какие жанры уси­ли­ва­ют­ся, что про­ис­хо­дит с язы­ком и ли­те­ра­тур­ной сре­дой.

«Раз, два, три — и перед вами действительно динамика. Вы можете отслеживать то, что происходит. О чём люди пишут? Первое. О чём они не пишут? Второе».

Ан­дре­ев на­звал такой фор­мат «культурным инструментом» ди­агно­сти­ки со­вре­мен­но­го ли­те­ра­тур­но­го про­цес­са.

Но глав­ным про­блем­ным ме­стом про­ек­та ока­зал­ся ху­до­же­ствен­ный пе­ре­вод.

Ана­то­лий Ан­дре­ев при­вёл при­мер че­чен­ско­го сти­хо­тво­ре­ния, ко­то­рое в хо­ро­шем рус­ском пе­ре­во­де дало, по его мне­нию, новый для рус­ской по­эти­че­ской тра­ди­ции по­во­рот темы.

«Чеченское стихотворение — способ обогащения русской литературы, литературы на русском языке».

«Плохой перевод убивает хорошую литературу. Хороший перевод обогащает и литературу на русском языке и является способом продвижения, в данном случае, чеченской литературы». — поды­то­жил он.

«Важно не то, сколько переведено. Важно то, как это сделано». — го­во­рит Ан­дре­ев.

Ра­бо­та над альма­на­хом по­ка­за­ла, что найти действи­тельно сильный ху­до­же­ствен­ный пе­ре­вод непро­сто.

От­сю­да воз­ник­ла идея со­зда­вать банк ка­че­ствен­ных под­строч­ни­ков, а затем про­во­дить кон­кур­сы пе­ре­вод­чи­ков, то есть вы­стра­ивать по­сле­до­ва­тельную си­сте­му, а не ис­кать ис­пол­ни­те­ля под от­дельное сти­хо­тво­ре­ние в по­след­ний мо­мент.

Ан­дре­ев при­вёл и об­рат­ный при­мер: пе­ре­вод книги при­шлось оста­но­вить, когда сам автор не узнал в рус­ском тек­сте соб­ствен­ное про­из­ве­де­ние и соб­ствен­ную ли­те­ра­тур­ную тра­ди­цию.

«Мне не нужен такой перевод. Дело не в объёме. Дело в другом. Это не я, это не лезгинская литература. Это не то, о чём я писал».

Для про­ек­та такие слу­чаи стали не по­во­дом кон­ста­ти­ро­вать кри­зис, а ма­те­ри­алом для сле­ду­юще­го этапа ра­бо­ты.

Док­тор фи­ло­ло­ги­че­ских наук Вя­че­слав Шульжен­ко, ру­ко­во­див­ший экс­перт­ной ра­бо­той по ли­те­ра­ту­рам Се­вер­но­го Кав­ка­за, Юга Рос­сии и Крыма, го­во­рил о том, что ито­го­вый вы­пуск нельзя рас­смат­ри­вать только как оче­ред­ное из­да­тельское со­бы­тие.

По его на­блю­де­ни­ям, ра­бо­та с большим кор­пу­сом тек­стов по­ка­за­ла, на­сколько со­вре­мен­ные ав­то­ры раз­ных ре­ги­онов свя­за­ны об­щи­ми культур­ны­ми во­про­са­ми, при этом со­хра­няя соб­ствен­ную ли­те­ра­тур­ную оп­ти­ку. Ма­те­ри­алы альма­на­ха он ис­пользо­вал и в ра­бо­те со сту­ден­та­ми, для мно­гих зна­ком­ство с со­вре­мен­ной ли­те­ра­ту­рой Се­вер­но­го Кав­ка­за стало на­сто­ящим от­кры­ти­ем.

Ли­те­ра­тур­ный кри­тик Лидия До­влет­ки­ре­ева пред­ло­жи­ла по­смот­реть на про­из­ве­де­ния ещё с одной сто­ро­ны. Ра­бо­тая с ли­те­ра­ту­рой Се­вер­но­го Кав­ка­за и Юга Рос­сии, она уви­де­ла не отказ от на­ци­ональной тра­ди­ции под дав­ле­ни­ем гло­ба­ли­за­ции, а вза­имо­действие культур без по­те­ри соб­ствен­ной ос­но­вы.

В прозе и по­эзии осо­бен­но за­мет­ны темы па­мя­ти, оди­но­че­ства, де­пор­та­ций, войн и ис­то­ри­че­ско­го опыта на­ро­дов Кав­ка­за:

«Это должно прозвучать, мы должны это услышать. Российский читатель должен это услышать. Почему? Потому что через это мы и открываем друг друга и учимся извлекать уроки — исторические, философские, психологические».

Под­строч­ник по­мо­га­ет по­зна­ко­миться с тек­стом, но не все­гда спо­со­бен пе­ре­дать язы­ко­вую кар­ти­ну мира.

По­это­му, счи­та­ет кри­тик, необ­хо­ди­мы соб­ствен­ные кадры в на­ци­ональных рес­пуб­ли­ках: та­лант­ли­вые люди есть, но им нужны про­фес­си­ональная школа, тео­рия и спе­ци­альные се­ми­на­ры.

На­род­ный пи­са­тель Рес­пуб­ли­ки Баш­кор­то­стан Ка­миль Зи­ган­шин пред­ло­жил уже вполне прак­ти­че­скую про­грам­му.

«Хороший художественный перевод — это высший пилотаж литературы. Он может вознести произведение автора до небес, а слабый перевод, наоборот, уронить до нечитаемого уровня».

Среди его пред­ло­же­ний — по­сто­ян­ная си­сте­ма под­го­тов­ки про­фес­си­ональных пе­ре­вод­чи­ков, под­держ­ка пе­ре­вод­ных из­да­ний, за­куп­ка таких книг биб­лио­те­ка­ми, дву­языч­ные из­да­ния, ре­естр пе­ре­вод­чи­ков по язы­ко­вым спе­ци­али­за­ци­ям, кон­кур­сы и пре­мии.

По сло­вам Зи­ган­ши­на, со­вре­мен­ная на­ци­ональная ли­те­ра­ту­ра часто оста­ёт­ся внут­ри сво­его ре­ги­она вовсе не по­то­му, что в ней недо­ста­точ­но сильных ав­то­ров:

«Талантов уже достаточно. Мы их просто не замечаем либо не знаем».

Пред­ло­же­ния пи­са­те­ля было ре­ше­но вклю­чить в ито­го­вый про­то­кол кон­фе­рен­ции и пред­ста­вить ру­ко­вод­ству СПР.

О пе­ре­во­де как усло­вии пол­но­цен­но­го уча­стия на­ци­ональных ли­те­ра­тур в об­ще­рос­сийском про­цес­се го­во­рил и на­род­ный пи­са­тель Рес­пуб­ли­ки Тыва Ни­ко­лай Ку­улар. В самой Тыве, от­ме­тил он, ак­тив­но пе­ре­во­дят за­ру­беж­ную и рус­скую ли­те­ра­ту­ру на ту­вин­ский язык, од­на­ко об­рат­ное дви­же­ние — с ту­вин­ско­го на рус­ский — зна­чи­тельно слож­нее из-за нехват­ки спе­ци­али­стов.

«Оценка развития нашей литературы и вписывание в общероссийскую невозможно без переводов, невозможно без опубликования этих переводов на российском уровне».

На пре­зен­та­ции не стали об­хо­дить и тех­ни­че­ские про­бле­мы са­мо­го но­ме­ра. Часть под­го­тов­лен­ных про­за­иче­ских ма­те­ри­алов по тех­ни­че­ским при­чи­нам не по­па­ла в тираж. Ор­га­ни­за­то­ры со­об­щи­ли, что вы­пуск будет до­пе­ча­тан, а про­пу­щен­ные про­из­ве­де­ния войдут в до­пол­ни­тельную часть.

Но, как за­ме­тил Ана­то­лий Ан­дре­ев, тех­ни­че­ская ошиб­ка по­пра­ви­ма. Го­раз­до опас­нее было бы оста­но­вить сам про­ект.

«Самое плохое, что может случиться с нашим проектом, — это не технические сбои. Это не проблема, с этим мы справимся. Самое плохое — если вдруг этот проект приостановится».

Спе­ци­альный номер жур­на­ла «Москва» в этом смыс­ле ока­зал­ся действи­тельно пер­вым кир­пи­чом: он со­брал ма­те­ри­алы, но од­но­вре­мен­но вы­явил про­бле­мы, ко­то­рые невоз­мож­но ре­шить одной пуб­ли­ка­ци­ей.

Кого пе­ре­во­дить? Кто будет пе­ре­во­дить? Где го­то­вить этих спе­ци­али­стов и где они будут ра­бо­тать после обу­че­ния? Как не по­те­рять на­ци­ональную спе­ци­фи­ку тек­ста при пе­ре­во­де на рус­ский? Как сде­лать ре­ги­онально­го ав­то­ра ви­ди­мым за пре­де­ла­ми его рес­пуб­ли­ки?

Пре­зен­та­ция из­да­ния дала на эти во­про­сы не столько го­то­вые от­ве­ты, сколько ма­те­ри­ал для дальнейшей ра­бо­ты.