«Главный герой моих книг — человек»: Александр Григоренко встретился с читателями фестиваля «Берег»

11 сен­тяб­ря на глав­ной сцене книж­но­го фе­сти­ва­ля «Берег» в Бла­го­ве­щен­ске про­шла встре­ча с пи­са­те­лем Алек­сан­дром Гри­го­рен­ко. Она со­сто­ялась в рам­ках про­ек­та Союза пи­са­те­лей Рос­сии «Творческие встречи с писателями в регионах России» и по­лу­чи­ла на­зва­ние «Чтоб сказку сделать былью».

Алек­сандр Гри­го­рен­ко ро­дил­ся в Но­во­чер­кас­ске, но ещё в дет­стве вме­сте с се­мьёй пе­ре­ехал в Си­бирь. Се­год­ня он живёт в Див­но­гор­ске Крас­но­яр­ско­го края, ра­бо­та­ет в га­зе­те «Наш Красноярский край», пишет прозу, за­ни­ма­ет­ся жур­на­ли­сти­кой и дра­ма­тур­ги­ей. Его пер­вая ли­те­ра­тур­ная пуб­ли­ка­ция — по­весть «Выстрел по низколетящей цели» — по­яви­лась ещё в 1989 году в альма­на­хе «Провинция».

Впро­чем, спу­стя годы сам автор от­но­сит­ся к сво­ему ли­те­ра­тур­но­му де­бю­ту весьма кри­ти­че­ски. На встре­че во­об­ще много го­во­ри­ли о тре­бо­ва­тельно­сти пи­са­те­ля к соб­ствен­но­му тек­сту. Сейчас, при­знал­ся Гри­го­рен­ко, ему почти не пи­шет­ся: мно­гое из того, что по­лу­ча­ет­ся, ка­жет­ся недо­ста­точ­но зна­чи­тельным. Но за­став­лять себя вы­пус­кать новый текст только ради са­мо­го факта пуб­ли­ка­ции он не хочет. Лучше ни­че­го не на­пи­сать, чем от­пра­вить в мир то, что сам счи­та­ешь гра­фо­ма­ни­ей.

Пер­вым и одним из самых стро­гих чи­та­те­лей его ру­ко­пи­сей оста­ёт­ся жена.

«Первый мой читатель — жена. Она технического склада человек, но очень внимательно читает, делает очень важные замечания, говорит мне, что вот здесь мало сюжета, а здесь он начинается поздно — надо бы пораньше».

От­дельно по­го­во­ри­ли о жур­на­ли­сти­ке, ко­то­рой Гри­го­рен­ко за­ни­ма­ет­ся много лет. Ка­за­лось бы, жур­на­лист и пи­са­тель ра­бо­та­ют с одним ма­те­ри­алом — сло­вом, по­это­му про­фес­сии долж­ны по­мо­гать друг другу. Сам Гри­го­рен­ко с этим не со­гла­сен. По его сло­вам, жур­на­ли­сти­ка и бел­ле­три­сти­ка сов­ме­сти­мы, как вода и масло: ме­ха­низ­мы ра­бо­ты с тек­стом в них со­вер­шен­но раз­ные. Жур­на­лист­ская при­выч­ка быст­ро со­би­рать ма­те­ри­ал и опе­ра­тив­но пре­вра­щать его в текст может ско­рее ме­шать ху­до­же­ствен­ной прозе, ко­то­рой тре­бу­ет­ся дру­гое время и дру­гое внут­рен­нее со­сто­яние.

Но глав­ной темой встре­чи стали три книги, с ко­то­ры­ми се­год­ня преж­де всего свя­за­но имя Алек­сандра Гри­го­рен­ко: «Мэбэт», «Ильгет. Три имени судьбы» и «Потерял слепой дуду». Они очень раз­ные по вре­ме­ни, ге­ро­ям и устройству мира, но объеди­ня­ет их, как сфор­му­ли­ро­вал сам пи­са­тель, один глав­ный пер­со­наж. Этот пер­со­наж — че­ло­век.
Сильный или сла­бый, удач­ли­вый или несчаст­ный, здо­ро­вый или больной. Ино­гда на­столько уве­рен­ный в себе, что почти ощу­ща­ет соб­ствен­ную бо­го­по­доб­ность. Но в ко­неч­ном счёте — всё равно че­ло­век, со сво­ими пре­де­ла­ми, стра­ха­ми, ошиб­ка­ми и судьбой. Одной из самых из­вест­ных книг Гри­го­рен­ко стал роман «Мэбэт» — эпос, со­здан­ный на ос­но­ве пе­ре­осмыс­лен­но­го та­ёж­но­го фольк­ло­ра. В 2012 году книга вошла в ко­рот­кий спи­сок пре­мии «Большая книга».

На встре­че пи­са­тель рас­ска­зал, на­сколько се­рьёз­но по­гру­жал­ся в быт и культу­ру нен­цев, чтобы при­ду­ман­ный им мир оста­вал­ся убе­ди­тельным в де­та­лях. Миф здесь не слу­жит де­ко­ра­тив­ным фоном: из него вы­рас­та­ет сама ре­альность про­из­ве­де­ния.

Пи­са­тель Лео­нид Юзе­фо­вич го­во­рил о ро­мане:

«Это замечательный роман, умный, эмоциональный, поэтичный… Александр Григоренко в своих романах говорит о том вечном, что живёт в душе каждого и объединяет нас всех, независимо от крови и образа жизни…»

Сле­ду­ющим стал роман «Ильгет. Три имени судьбы», во­шед­ший в ко­рот­кие спис­ки пре­мий «НОС» в 2013 году и «Большая книга» в 2014-м. На этот раз действие свя­за­но с ке­та­ми и бе­ре­га­ми Ени­сея много веков назад, когда дви­же­ние мон­гольских войск ме­ня­ло при­выч­ный мир жи­ву­щих в тайге на­ро­дов. Здесь Гри­го­рен­ко по­сту­пил иначе: при­ду­ман­ную ис­то­рию он по­ме­стил внутрь ис­то­рии ре­альной, со­еди­нив ми­фо­ло­ги­че­ское про­стран­ство с ис­то­ри­че­ски­ми со­бы­ти­ями.

Этот прин­цип пе­ре­кли­кал­ся и с раз­го­во­ром на со­сто­яв­шейся в тот же день дис­кус­сии «Литература как культурный миф»: пи­са­тель со­зда­ёт соб­ствен­ную ре­альность, но она на­чи­на­ет действо­вать лишь тогда, когда чи­та­тель узна­ёт в ней что-то че­ло­ве­че­ски под­лин­ное. Со­всем иначе устро­ена по­весть «Потерял слепой дуду», опуб­ли­ко­ван­ная в 2016 году и при­нёс­шая Алек­сан­дру Гри­го­рен­ко пре­мию «Ясная Поляна» в но­ми­на­ции «XXI век».
В её ос­но­ве уже не да­лё­кий эпос, а па­мять са­мо­го ав­то­ра. Про­об­ра­зом героя стал зна­ко­мый Гри­го­рен­ко с дет­ства — глу­хо­не­мой мальчик, доб­рый и без­за­щит­ный, ко­то­ро­го пи­са­тель вспо­ми­на­ет как сво­его рода «человеческую игрушку» для окру­жа­ющих. По­взрос­лев и остав­шись без под­держ­ки семьи, тот сбил­ся с пути, а затем исчез из жизни зна­ко­мых.

От­сю­да раз­го­вор пе­ре­шёл к пло­хим — несчаст­ли­вым — фи­на­лам. Чи­та­те­лю хо­чет­ся, чтобы после всех ис­пы­та­ний герой всё-таки был спа­сён, спра­вед­ли­вость вос­тор­же­ство­ва­ла, а ис­то­рия за­кон­чи­лась хо­ро­шо. Но для Гри­го­рен­ко важ­нее дру­гое: финал дол­жен быть не обя­за­тельно счаст­ли­вым, но прав­ди­вым.

В твор­че­ской био­гра­фии пи­са­те­ля есть и театр. В 2003 году Гри­го­рен­ко на­пи­сал пьесу «Куросёнок», ко­то­рая затем семь се­зо­нов шла в Крас­но­яр­ском те­ат­ре юного зри­те­ля. За раз­го­во­ром о раз­ных жан­рах, мифе, до­ку­мен­тально­сти, жур­на­ли­сти­ке и ли­те­ра­тур­ном вы­мыс­ле снова и снова воз­ни­ка­ла одна тема — от­вет­ствен­ность ав­то­ра за со­здан­ный им мир. Можно от­пра­виться за сю­же­том в древ­нюю тайгу, со­еди­нить ле­ген­ду с ис­то­ри­ей или вспом­нить че­ло­ве­ка из соб­ствен­но­го дет­ства. Можно при­ду­мать почти всё. Но в цен­тре ис­то­рии дол­жен остаться че­ло­век.