«На Севере невозможно быть подлым»: Дмитрий Ищенко рассказал псковским читателям о поисках «мальчишеского бога»

В Пско­ве в биб­лио­те­ке «Родник» имени С. А. Зо­лот­це­ва со­сто­ялась встре­ча с про­за­иком, ав­то­ром по­ве­сти «В поисках мальчишеского бога» Дмит­ри­ем Ищен­ко. В рам­ках фе­сти­ва­ля «Книжная яблоня» и про­ек­та СПР «Творческие встречи с писателями в регионах России» автор по­го­во­рил с под­рост­ка­ми о взрос­ле­нии, су­ро­вой при­ро­де се­вер­но­го края и по­ис­ке сво­его пред­на­зна­че­ния.

Ищен­ко с са­мо­го на­ча­ла по­гру­зил юных чи­та­те­лей в ат­мо­сфе­ру при­клю­че­ний и тайн, не уди­ви­тельно, что с пер­вых минут и до конца встре­чи ре­бя­та слу­ша­ли, за­та­ив ды­ха­ние.

Раз­го­вор на­чал­ся с лич­ных вос­по­ми­на­ний. Дмит­рий Ищен­ко ро­дил­ся в Апа­ти­тах, но жил в Мур­ман­ске и искал свое место силы на Кольском по­лу­ост­ро­ве. Он при­знал­ся, что под­рост­ко­вый воз­раст - это время неуве­рен­но­сти и мно­же­ства во­про­сов, на ко­то­рые нет от­ве­тов.

«Для меня опыт понимания жизни связан с узнаванием родной земли»,

— от­ме­тил пи­са­тель. В под­твер­жде­ние своих слов он по­ка­зал ре­бя­там фо­то­гра­фии Мур­ман­ской об­ла­сти: при­ро­да в раз­ные вре­ме­на года, сопки, порты, неза­мер­за­ющий Кольский залив.

Дол­гое время Ищен­ко ра­бо­тал жур­на­ли­стом, и бла­го­да­ря этой про­фес­сии много пу­те­ше­ство­вал, изу­чая людей, и на­учил­ся так вчи­ты­ваться в их лица, что по­ни­мал - как они живут, о чем меч­та­ют. Он рас­ска­зал, что ему до­ве­лось по­встре­чать вы­да­ющих­ся людей, пре­дан­ных сво­ему делу и не пре­да­ющих свою мечту.

Ре­бя­та узна­ли о ве­ло­пу­те­ше­стви­ях ав­то­ра, вос­хож­де­нии на Эве­рест и по­хо­де на под­вод­ной лодке. Но глав­ным в его рас­ска­зах оста­вал­ся лю­би­мый по­лу­ост­ров Ры­ба­чий — су­ро­вый и хо­лод­ный.

«Место, где живет человек, обладает огромным потенциалом - его можно постоянно узнавать, рассказывать о нем и о людях, которые там живут. Мой маршрут в поисках «Мальчишеского бога» как раз про­ле­гал в род­ных ме­стах. А по­се­лок Цып­на­во­лок и стал ме­стом действия книги»,

— по­де­лил­ся автор.

От­дельно Ищен­ко оста­но­вил­ся на по­ко­ре­нии вер­ши­ны Эве­ре­ста. Он по­ка­зал ре­бя­там свой марш­рут, от­ме­тив, что каж­дый альпи­нист вы­стра­ива­ет его для себя сам.

«Человек преодолевает себя, идет к цели несмотря ни на что, если она крепкая и настоящая»,

— под­черк­нул он.

Пи­са­тель сде­лал ак­цент на том, как кли­ма­ти­че­ские усло­вия Се­ве­ра за­ка­ля­ют ха­рак­тер. По его сло­вам, в таких усло­ви­ях ме­ня­ет­ся сама суть че­ло­ве­ка.

«На Севере невозможно быть подлым, нечестным. В тяжелых суровых условиях необходимо помогать друг другу, подставлять плечо, держать слово. Люди, которые становятся северянами, обретают высоко человеческие качества»,

— ска­зал Ищен­ко.

В ка­че­стве при­ме­ра он при­вел ис­то­рию од­но­го из про­то­ти­пов своей по­ве­сти ре­ально­го че­ло­ве­ка Ми­ха­ила Гри­го­рье­ви­ча Оре­ше­та, по­ис­ко­ви­ка, сто­яв­ше­го у ис­то­ков по­ис­ко­во­го дви­же­ния в стране. Ре­ше­то со­би­рал труд­ных под­рост­ков и на месяц от­прав­лял­ся с ними в тунд­ру ис­кать остан­ки сол­дат, по­гиб­ших во время Ве­ли­кой Оте­че­ствен­ной войны.

«И я никогда не слышал от него про этих подростков ничего плохого, там все были хорошие. И дети сами хотели становиться лучше»,

— рас­ска­зал пи­са­тель.

Го­во­ря о су­ро­во­сти края, Ищен­ко при­знал­ся, что прак­ти­че­ски не за­ме­ча­ет по­ляр­ную ночь и ему близ­ко по­ня­тие «тёплая Арктика». Так как он ро­дил­ся и вырос в этих ме­стах, су­ро­во­сти края он не чув­ству­ет, тем более по­ляр­ная ночь длит­ся всего около двух ме­ся­цев, а затем неиз­мен­но по­яв­ля­ет­ся солн­це.

В конце встре­чи зри­те­ли спро­си­ли: что он хотел ска­зать своим детям, на­пи­сав книгу для под­рост­ков? Ищен­ко от­ве­тил, что у его троих детей, без­услов­но, свой путь, но он на­де­ет­ся, что каж­дый из них найдет тем или иным путем сво­его «мальчишеского бога».

После раз­го­во­ра Дмит­рий Вя­че­сла­во­вич раз­да­вал ав­то­гра­фы, а ре­бя­та не спе­ши­ли рас­хо­диться по домам, и в холле биб­лио­те­ки еще долго зву­ча­ли их вос­тор­жен­ные и во­оду­шев­лен­ные го­ло­са.